И Сергей стал ходить к Лие ежедневно. Приехавшая из командировки Лиина подруга сказала, что канал неучтенный, как образовался — непонятно, но устойчивость его пока гарантирована — у них существовал способ проверки этого. Выяснилось и со временем. Оказалось, что именно наличие временного парадокса и позволяло путешествовать в параллельные миры. Таким образом, в ближайшее время ничто не могло помешать Сергею приходить к Лие, чем он с готовностью и пользовался.
Но странное дело: после нескольких последующих встреч ситуация начала меняться.
Сергей все чаще с удивлением стал ловить себя на мысли, что он думает о Лие как о друге. Встречаясь, они давно уже нигде не гуляли, а сидели у Лии в комнате, пили напиток, похожий на привычный кофе, хотя и со специфическим вкусом, и говорили, говорили… Они просто упивались общением друг с другом и совсем не замечали, что принадлежат к разным мирам. О чувствах друг к другу они не говорили, да это и не требовалось. Между ними какт то сразу все стало ясно, без всяких слов…
Прошло полгода. И тут на Сергея свалилось страшное горе: умерла мать. Печальные хлопоты надломили Сергея, он похудел, согнулся и даже стал как будто меньше ростом. Но самой страшной была психологическая нагрузка. Сергей остался один, ему не с кем было разделить свое горе. Две недели он ходил страшный, осунувшийся, не узнавая знакомых. Потом он все-таки собрался, кое-как привел себя в порядок и решил: надо идти к Лие. Это его единственный друг, единственное утешение. Тем более он так давно у нее не был, что чувствовал себя подлецом.
Сергей вошел в хламник. Пятно было на месте, но что-то вроде бы изменилось в нем. Он начал присматриваться, недоумевая, и вдруг понял: цвет! Изменился цвет пятна — из золотистого оно стало ярко-алым.
Сергей сделал шаг вперед и вдруг услышал голос:
— Остановитесь, Сергей! Не входите в канал! Это опасно! Мы сейчас вам все объясним…
— Кто «мы»? — растерянно спросил Сергей.
— Мы — из мира Лии. Вы долго не были у нее, она стала беспокоиться и решила сама найти вас. И тут выяснилась очень неприятная подробность… — Голос помолчал, затем продолжил: — Очень жаль, что вы сразу не обратились к нам, специалистам по контактам с параллельными мирами. Мы установили, что ваш канал в отличие от создаваемых нами — ложный. Это как бы «зайчик», отсвечивающий в сторону от основного потока света. В силу этого он обладал только односторонней проводимостью… Хорошо, что рядом с Лией была подруга…
— Что с Лией? — крикнул Сергей сорвавшимся голосом.
— Не волнуйтесь, с ней все в порядке… Она не пострадала, подруга успела ее вытащить обратно. Но устойчивость канала нарушилась. И если вы теперь через него пройдете, он скорее всего закроется. Навсегда. Кроме того, это может быть и небезопасно…
Голос опять ненадолго умолк, потом сказал:
— Теперь вы все знаете. Подумайте, стоит ли вам идти. Если вы откажетесь, мы сами закроем канал. Мы можем дать вам час на раздумье…
— Хорошо, — подавленно сказал Сергей и опустился на пыльный осциллограф.
«Та-ак, — думал он, — вот так история… Случись это раньше, я бы попросил закрыть канал. А теперь? Что мне надо теперь? Что у меня здесь? Я одинок, только работа да несколько приятелей. А там? Там — Лия, а я люблю ее, хоть и не говорил об этом ни ей, ни себе. Выбор: работа и любовь… Да, работа — это очень важно и нужно, раньше я считал ее главной в жизни. А теперь я знаю точно: нет. Главное в жизни — это Любовь! А работу человек найдет себе всегда и везде. Но здесь все ясно, здесь я дома. А там?..»
Сергей сидел на приборе и курил сигарету за сигаретой. Минутная стрелка часов неумолимо двигалась по кругу. Ярко-алый диск пылал у его ног. Час истекал…
Алексей Минеев
АВТОПОРТРЕТ
Мелкая осенняя изморось, шуршание шин по мокрому асфальту, последние дрожащие листья над головой, припорошенные ранним и как всегда неожиданным снегом, и длинный ряд зонтиков перед входом в хорошо знакомое здание с треугольным стеклянным фонарем на крыше — Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Сегодня тех, кто, пришел сюда, ожидает встреча с Мелтесом, его работы впервые экспонируются в столице. Прошла неделя, как открылась выставка, но цепочка мокрых зонтиков перед входом не стала короче: люди хотят стать свидетелями рождения нового направления в искусстве, своими глазами увидеть истоки динамической и объемной живописи.