По дороге домой мигрень немного поутихла. В голове у Петухова снова замерцали мысли, впрочем, ни одной дельной среди них не было. Покупка видеомагнитофона пробила в его бюджете дыру преогромную. Он прикидывал так и этак, и выходило, что при строжайшей экономии какой-нибудь подержанный компьютер он сможет купить. Но не раньше, чем через год. Хотя если подумать — какая, к черту, экономия с такой тварью, как Тоник? То ему торт на завтрак подавай, то курицу на ужин, то арбуз на Новый год… Ладно, хоть к спиртному не приучен. В общем, ничего путного (тем более — хорошего) в ближайшее время произойти не могло. Петухов осознал это и обреченно понял, что до первого запуска своего личного компьютера он не доживет.
«Интересно, — вдруг подумалось ему, — куда денется Тоник после его смерти? Тоже умрет? Отправится искать своего джинна? Привяжется к кому-нибудь другому?»
Так, размышляя о своей судьбе, Петухов брел от дома к дому как лунатик и сумрачно глядел по сторонам. На одном из поворотов его взгляд зацепился за вывеску компьютерного салона «Капитан Репринт» с курящим трубку морячком на вывеске. Морячок куда-то указывал, видимо — в светлое компьютерное будущее. В стеклянистом нутре магазинчика на полочках белела пластиком и мигала экранами вожделенная оргтехника. Посетителей уже не было. Петухов замедлил шаг, потом совсем остановился. Посмотрел на часы. До закрытия оставалось еще минут сорок. «Зайду, — вдруг неожиданно решился он, как смертник на пороге газовой камеры. — Хоть узнаю, сколько эта штука может стоить, чтоб уж сразу потом…»
Не задерживаясь на пороге, он сделал шаг и оказался внутри. Продавцы посмотрели на него как-то странно. Петухов списал все это на конец рабочего дня и минут пять бродил от стойки к стойке, испытывая изрядную неловкость, потом, движимый каким-то странным порывом («надо же с чего-то начинать»), облюбовал и прикупил себе компьютерную «мышь» — она по крайней мере не грозила устареть к исходу года. Однако едва он расплатился, что-то хлопнуло и вокруг него замерцали фотовспышки. Несколько людей захлопали в ладоши. Петухов прикрылся рукой и ошарашенно заморгал, а когда открыл глаза, к нему, цокая по плиткам мраморного пола точеными копытцами высоких каблучков, уже направлялись с улыбками две девушки в высокогорных мини; одна — с русой косой толщиной с детскую руку, другая — с белой короткой стрижкой a la «Cranberries». Обе, на взгляд Петухова, были очень миленькие. В руках у той, которая с косой, была полоска ткани с надписью со множеством нулей. Девицы обрядили Петухова в вышеупомянутую полоску, чмокнули в обе щеки, поаплодировали ухоженными лапками и отошли назад, после чего к Петухову приблизился невероятно худой, стриженный «под ежик» парень в роговых очках, схватил его руку и с чувством ее потряс. В углу, недоступном при взгляде с улицы, телевизионщики нацеливали в ухо Петухову черный зрак видеокамеры.
— Поздравляем! Поздравляем! — улыбаясь в камеру, сказал очкастый. — Вы — наш миллионный покупатель! Если позволите, небольшое интервью для канала «АБВ»… Ваше имя?
Петухов назвался и минуты две, не зная, куда девать дурацкую коробку с мышкой, краснел и отвечал на разные вопросы, после чего в глубине помещения открылась дверь, откуда выкатили хромированную тележку с громоздящимися на ней коробками. Петухову опять пожали руку, потом с эскортом вывели наружу, посадили в оказавшийся у входа красный «БМВ» и спросили адрес. В себя Петухов пришел уже дома, в окружении бесчисленного сонма распакованных коробок, телевизионщиков и двух очкастых равнодушных техников, стыкующих аппаратуру. Тоник, испугавшийся такого количества чужих людей, спрятался в соседней комнате, откуда подсматривал в щелочку. Наконец все кончилось, Петухова попросили расписаться «тут и тут», в последний раз пожали руку, попросили улыбнуться в камеру и ушли, оставив его наедине с включенным агрегатом. Компьютер стоял на столе среди общего разгрома, гудел вентилятором и мерцал светящимся экраном. Прежде чем Петухов успел решить, что делать с ним теперь и вообще что теперь делать, Тоник с радостным визгом влетел в большую комнату, запрыгнул Петухову на грудь, облапил и принялся радостно лизаться. Через минуту он уже дорвался до машины и с присущей детям непосредственностью запустил какую-то игрушку. На экране появилась рука с пистолетом, потом замелькали выстрелы и взрывы, и квартира наполнилась грохотом.