– Вы так говорите. Ходят, конечно, о вас всякие слухи. Но мне этого мало. Нужны доказательства.
– Хотите, я убью вас, чтобы доказать?
– Но тогда я не смогу оценить их убедительности. Не меня; кого-нибудь другого.
– Интересно. У меня, как вы знаете, есть заказ…
– Это не мой заказ. А вы выполните мой.
– Интересно. Кто же это вам так насолил? Я? Но я не сторонник суицида.
– Речь не о вас. Ликвидируйте Лимера, да-да - мужа мадам Гвин. Он сейчас у себя дома и совершенно не защищён от таких воздействий, каким пользуетесь вы.
– Сорог, это стоит денег! И очень немалых. Вам такие и не снились.
– Согласен. Но это не значит, что у меня нечем заплатить вам. Вы сами только что видели…
– Пожалуй, именно так. Знаете, я никогда не работаю при свидетелях. Но в данной обстановке…
– Действуйте, Бревор. Меньше слов!
– Однако даже если он умрёт сейчас, об этом станет известно лишь утром.
– Всем, кроме меня. Вы ведь видели: я в состоянии узнать об этом сразу.
– Чёрт, и верно. Ну, ладно. Только если вы рассчитываете на то, что после этой операции у меня не останется энергии для вас, то ошибаетесь: тот паренёк почти не потребует усилий, потому что его печень и так тянет еле-еле. Алкоголь, знаете ли, яд. Слышали, конечно?
– Безусловно. Бревор, время идёт.
– Я уже работаю.
17
Я внимательно наблюдал; он и в самом деле работал без обмана - пролог и один пакет малых Слов. Как я и думал, этим его арсенал действительно ограничивался; очень хорошо.
– Вот с ним и всё, - сказал Бревор, переведя дыхание. - Ну что, убедились?
– Мир праху его. Теперь верю, что у вас нет никаких запретов на убийство.
– Вот именно. Пришла пора вам платить. И не только за ваш заказ. Кроме него я предлагаю вам - можно даже сказать, возвращаю вам - вашу жизнь. Не стану пытаться уничтожить вас - при соблюдении вами двух условий. Первое, хотя на самом деле оно второе: вы исчезнете отсюда - из города, из страны, чтобы вами здесь более и не пахло. И второе, а по сути первое и главное: вы передаёте мне все, слышите - все ваши умения и способности! И не когда-нибудь, а сейчас и здесь, немедленно. Я знаю, я увидел, что сделать это возможно, а вы знаете, как это совершить. Таковы мои условия. Если откажетесь - ваши способности всё равно у вас не останутся, потому что вы потеряете их вместе с жизнью. Решайтесь, и быстро - у меня этой ночью ещё много дел.
Я сделал вид, что напряжённо думаю, хотя всё было продумано заранее и теперь развёртывалось так, как я и предполагал. Риск ещё сохранялся, он даже увеличился, но развитие шло в общем в нужном направлении.
– Гм… - проговорил я наконец, когда ощутил, что его напряжение дошло уже, как говорится, до красной черты и котёл вот-вот взорвётся. - Но вы не сказали ни слова о жизни Лиги Гвин. Если вы согласны не убивать её… Тогда я, пожалуй…
– Сорог! - перебил он меня. - Слушайте, да ваша жизнь куда дороже, чем существование даже и десятка таких вот дамочек! К чему вам заботиться о…
– Честь, Бревор, - не промедлил с ответом я. - Честь дороже!
Вопросы чести явно были для него закрытой областью, и он лишь пожал плечами:
– Не понимаю, клянусь успехом. Неужели…
– Таково моё условие, Бревор.
Он подумал с полминуты:
– Да чёрт с вами и с нею! Что она - так уж взбаламутила ваши шарики? Да таких полно, хоть ставь на кости до самого океана! Но - ладно, ладно. Не хочу оскорблять ваши нежные чувства. Пусть живёт - но только вы её забираете с собой. А тут уж я смогу всё подать нужным образом. Итак, я согласен на ваши условия. Договорились?
– Не вижу другого выхода, - вздохнул я. Вздох, кстати, был совершенно естественным, потому что наступала минута большого риска. Очень большого.
– Тогда приступаем, - скомандовал он. - И без фокусов, да? Я ведь не отключусь, пока вы будете осуществлять передачу, и если только замечу…
– Да не волнуйтесь, - сказал я. - Обман - не моя стихия. Хорошо. Это займёт примерно четверть часа, настройтесь на это и не толкайте меня под руку. Сейчас расслабьтесь… так… хорошо. Начали!
И я начал.
Странное ощущение возникло у меня при этом. Подобное, наверное, чувствуют игроки в русскую рулетку - только у меня в барабане револьвера был не один патрон, а самое малое три. Может быть, я шёл на самоубийство. Или же - на полное и окончательное избавление мира от Бревора. Сейчас результат зависел даже не от всех тех способностей, какие я, наделённый правом передачи, отдавал ему, тем самым отнимая их у себя; но от одного единственного обстоятельства - удалось ли мне, показывая ему картинки, хорошо скрыть то единственное, чего ему знать не следовало? Потому что…
– Всё, - сказал я Бревору. - Передача завершена. Что вы чувствуете?
– Силу, - сказал он, наслаждаясь, похоже, самим звучанием этого слова. - Я велик. По-настоящему велик. Теперь я могу всё!
– Могли бы и поблагодарить, - предположил я.
– Разумеется, Сорог. Непременно. И не на словах. Отблагодарю вас делом.
– Тогда поспешите - пока я ещё не ушёл.
Он широко оскалил рот вместо улыбки:
– Сорог, забудем прежнее, согласны?
– В том числе и ваши обещания сохранить жизни мне и Лиге?
– В первую очередь именно это. Потому что я вам, собственно, ничего не обещал. Обещал человек, которым я тогда был, - но этого человека больше нет, Сорог, есть новый я, гигант возможностей! А этот новый «я» не обещал вам ничего, кроме разве что благодарности за переданные свойства. И сейчас вы её ощутите в полной мере.
– Жду с нетерпением. В чём она проявится?
Он ухмыльнулся вновь:
– В том, что я сначала покончу с дамой. Женщину, как говорят, следует всегда пропускать вперёд. А вам я дарю те несколько минут, которые мне нужны, чтобы погрузить её в вечный покой. Кстати, не подскажете ли, какие места в её организме наиболее уязвимы? О, вижу, вижу: вы этого не сделаете. Честь, не так ли? Или просто желание отыграть несколько лишних минут? Не думаю, что вы попытаетесь как-то помешать мне: теперь ведь у вас не осталось никаких возможностей для этого, я это ясно вижу, Сорог, и как же это прекрасно - видеть всё то, что от вас хотят скрыть. Вот она, красавица, в соседнем доме, с нетерпением ждёт приятной весточки от вас. Не хотите полюбезничать с нею перед смертью? Нет? И правильно: я бы вам всё равно не позволил…
Часы в углу начали бить - низким, гулким звоном.
– Ого, Сорог, уже три часа? Самое подходящее время, не находите? А теперь, пожалуйста, сидите тихо и без телодвижений. Не мешайте дяде работать. - Он коротко вздохнул, и я понял его: такими средствами ему ещё не приходилось пользоваться, а всякая новизна волнует. - Ну, начнём…
Он повернулся в нужную сторону и начал. Я внимательно следил и слушал, а во мне, в моем сознании и в душе, была буря. Похоже, я проиграл. Он не сделал ни единой ошибки, все слова были правильными и употреблёнными вовремя. Сейчас он убьёт Лигу, а затем и меня. И я, надо признать, это заслужил: своими руками вооружил его, теперь его уже ничто в мире не остановит…
Пять минут прошло. Всё идёт к финалу. Сейчас он приступит к произнесению последнего Слова - Слова исполнения.
Похоже, решение номер три оказалось неверным. Ты ошибся, Сорог.
Зазвучали первые звуки. В слове исполнения их двенадцать, два полуслова: семь звуков и пять. Оно даже не произносится, оно поётся - протяжно, чётко, а мне остаётся только считать звуки. Один, второй… пятый, шестой, седьмой…
Ко второму полуслову Бревор не успел перейти.
Он круто повернулся, взглядом нашёл мои глаза. В его глазах была обида. Глубокая, как смерть. Рот распахнулся в гримасе боли. Ничего, просто тромб.
– Сорог…
Жизни его хватило только на моё имя.
Нет, третье решение было всё же самым правильным. Передать ему всё, утаив только Большое Правило: «Если обладатель Знания применяет Слова Смерти к человеку, их действие обращается лишь на него самого. Это закон».