Тогда же, в 2001 году, прошел и первый «Роскон» — ныне крупнейший в России фантастический конвент. На это мероприятие ежегодно съезжается несколько сотен людей, имеющих отношение к фантастике, — писателей (как начинающих, так и маститых), критиков, журналистов, художников, кинематографистов, просто ценителей жанра. В 2006 году у главного редактора АСТ Николая Науменко возникла идея «объединить брэнды» — «Грелку» и «Роскон». Так и поступили — на тему, заданную Николаем Науменко (звучала она так: «Конец истории. Последний человек.»), от писателей, участников «Роскона», требовалось в течение трех суток написать рассказ, затем произведения без указания авторства выкладывались в интернет, и участники конкурса голосованием определяли двадцатку лидеров. Финалисты собрались на «Росконе» и уже в очном поединке (по системе «адвокат — прокурор»), но по-прежнему без раскрытия авторства, определили победителя. По итогам первой «Роскон-Грелки» в издательстве АСТ вышел сборник «Последняя песня Земли», озаглавленный так но названию рассказа-победителя (автор — Дмитрий Колодан).
Вторая «Роскон-Грелка» прошла на «Росконе-2007». Тему опять задавал Николай Науменко, а победителем стала Карина Шаинян с рассказом «Жираф в шарфе». Предлагаем вам ознакомиться с рассказами-финалистами «Роскон-Грелки-2007». Какой же в этот раз была тема конкурса? А была она такой:
«НАШ МИР — ПЛОСКИЙ!»
Приятного чтения!
Дмитрий Колодан
ВСЯ КОРОЛЕВСКАЯ КОННИЦА
Погода не заладилась с самого утра. Метеосводки давно предупреждали о приближающемся циклоне, но обещали его не раньше середины следующей недели. Сейчас была только суббота, а небо до горизонта затянула серо-рыжая пелена, сочащаяся мелкой моросью. И дождем-то не назвать, а выйдешь без зонта — вымокнешь до нитки. В случае же с Памеллой Льюис и этой защиты недостаточно: при ее размерах любой зонт был бы слишком мал.
Памелла дождь не любила; не из-за водобоязни, а потому, что в плохую погоду весь день приходилось сидеть дома. Особых планов на эту субботу у нее не было, но все равно Памелла думала прогуляться по городу, выпить чашечку кофе, быть может, покормить белок в городском парке… Да мало ли радостей у одинокой женщины? Но вместо этого ей досталось заточение в четырех стенах, под ужасающие звуки, доносящиеся со стороны соседского дома.
Время едва приблизилось к полудню и текло медленно, словно густое варенье. Памелла сидела в огромной гостиной, перебирая клавиши рояля. Хотя на дворе стояла середина мая, Памелла играла «Осеннюю песню» Чайковского. Октябрьская мелодия как раз совпадала с ее настроением — те же хмурые и беспросветные тучи.
Играла она громко, но музыка не могла заглушить врывающиеся с улицы взвизгивания и скрипы. За оконным стеклом, крапчатым от мелких капель, Памелла прекрасно видела соседский дом. Кинетический Дом Хокинса — нагромождение башенок, которые жались друг к другу, точно свечки в праздничном торте столетнего старца. Картина станет более полной, если представить, что торт угодил в ураган. За подтеками воды башенки дрожали и раскачивались из стороны в сторону.
В любом другом случае Памелла решила бы, что ей кажется. Преломление света на влажном стекле… Но башенки двигались на самом деле, не важно, шел дождь или нет. Хитроумная система блоков и противовесов приводила дом в движение сразу во всех направлениях. Словно в одном месте собрались с десяток кукол-неваляшек и затеяли шумную драку.