— Да, ко мне тоже этот алиментщик заходил. Джип с тротилом к подъезду обещал.
— Разберемся. Не того поля ягода, чтобы тротил ящиками гонять.
— Буду признателен. Нам бы охрану еще увеличить…
— Без проблем.
Встали, пожали руки.
— Да, и еще такая просьба, Миш… — Сергей Николаевич слегка смутился. — Ну, ты ж знаешь, что мать у меня из князей. Так ты… подправь там немного родословную. А то типа я ж по матери дворянин, а там у нее в революцию то ли слесарь, то ли матрос затесался…
Тополев кивнул, поставил чашку и, еще раз кивнув на прощание, вышел из кабинета.
Яичница с грибами скворчала на сковородке, а хозяйка кухни нервно жевала сырой шампиньон, спутав с чем-то съедобным.
— Ну какая мне разница, как работает этот тостер? — вопрошала Диана у телефонной трубки. С Ольгой, работавшей журналистом на центральном канале, они учились в школе и до сих пор были в приятельских отношениях. — Зачем мне знать есть ли у аллелей хромосомы?! Какое мне дело до цитоплазм и митохондрий?! Я для него юбку надела! Представляешь — юбку! — Динка с возмущением одернула удобный вытянутый свитер. — Зачем мне эта вторая «вышка», когда я чистый гуманитарий?! Зачем мне повышение квалификации, если я работаю с компьютером?! Зачем мне хромосомы эти треклятые, если я три языка знаю! Лучше б я в архиве работала! И черт с ней, с зарплатой! Ну какая, скажи, какая мне разница, как устроена микроволновка, если у нее всего три полезные кнопочки, а остальные мне не нужны?!
— А как у тебя с шефом? — спросила Ольга. — Вроде ты говорила, что что-то складывается?
— Тоже сволочь, — сказала Дина, чувствуя, как дрожит от обиды голос.
Едва сдерживаясь, чтоб не зарыдать, начала жаловаться на начальство — ну какой же подлец, пригласил в ресторан и отменил. Все складывалось так удачно, в среду он пригласил ее поужинать — культурный человек, другой бы прямо в кабинете, а этот нет — а в пятницу извинился и сказал, что занят. Ну почему все так?! Дина раз за разом надевала алые кружевные трусики, ожидая, что вот-вот он пригласит ее в кабинет не за инструкциями, а… Но обломилось лишь несколько поцелуев. «Может, он импотент?» — спрашивала Ольга; так нет же, нет! Он же пригласил ее уже в ресторан! А Леня? А что Леня, зачем ей Леня! Если рядом, совсем рядом есть Мих Петрович! Но у него сейчас куча работы, и вот: «Нет, Дина, не поедем». Обидно, черт побери!
— А чего он так?
— А все с митохондриями этим долбаными возится. — Динка, слегка успокоившись, закурила сигарету, чего не делала вот уже полгода. — С семи утра до двенадцати ночи. Нацпроект, блин. Внести в базу всю Россию за два года.
— А оклады?
— Обещали повысить.
— Представляю, сколько там воруют. На верхах. Ну, это как водится… Но дивиденды, Дин, знаешь, многие совершенно левые товарищи гребут. Вот передача «Жди меня» — да ты посмотри только, как она в рейтингах скаканула! Когда ваша геносеть станет глобальной, они, конечно, прикроются, но пока народ не разобрался, они пользуются вовсю… Не знаешь, кто им информацию сливает? Извини, не могу удержаться… Сама материал готовлю, проблемный.
— Мне кажется, они официально берут. А что тут проблемного? Хорошее дело делают.
— Да уж. Живет так семья, живет — бац! — по TV объявляют, что у вашего папаши есть побочный сыночек. Счастье греби лопатой.
— Что ж тут плохого? — удивилась Дина.
— Ну, знаешь, не каждая семья обрадуется, когда им от передачи «Жди меня» сводного братца подкинут.
— А каково этому братцу? Без отца?
— А каково семье? Законным детям, жене?
— Мне бы понравилось. Я бы хотела брата или сестру.
— А большинству нет. Особенно когда наследство делить начнут. Или припрутся в Москву из Урюпинска — родственнички…
— Оль, помнишь фильм — «Сирота казанская»? Сколько людей расстаются с родными, любимыми из-за случайности! А сколько таких сирот по России! — Голос звучал высоко и тонко, как всегда, когда Дина могла ответить на аргументы только эмоцией.
— А сколько семей, которые распадутся, когда узнают о шашнях папаши двадцатилетней давности? — возразила Ольга. — Да тут не только в папашах дело. Знаешь, какую я фактуру набрала? Вот, смотри: семья приличная, интеллигентная. Госслужащие, получили генпаспорта. Сын-студент — тоже. И выясняет при получении — что усыновленный он, а биологический папаша моет золото на Колыме, а мамаша сосет за бутылку у сожителя. Круто, да? Я не знаю, проявлялись ли гены у пацана раньше, но вроде воспитали человеком, учился неплохо — а тут крышу снесло, колоться начал.