Сам же Северцев исколесил практически всю территорию России и стран СНГ в поисках тоннелей и мог теперь с ответственностью заявить, что система эта существует с незапамятных времен. Не было лишь практического обоснования ее создания. Северцев не раз беседовал с разработчиками гипотезы, но и доныне ученые только разводили руками, не зная, для чего кому-то понадобилось пробивать в толще горных пород такие ровные и длинные штреки.
Конечно, кое-какие идеи у спелестологов были. Но Северцев считал их некорректными. К примеру, спелестолог Павел Мирошниченко утверждал, что тоннели созданы древней цивилизацией Земли, существовавшей в начале плейстоцена, в качестве транспортных артерий. Другие ученые говорили о пришельцах, спустившихся с небес и живших под землей вследствие необходимости защиты от солнечного излучения, а также о «цивилизации минералов», которая и оставила после себя следы — тоннели, являвшиеся результатом ее деятельности.
Сам Северцев склонялся к мысли, что тоннели создала предшествующая гиперборейской цивилизация, исчезнувшая как раз около тридцати миллионов лет назад. Тоннели были нужны создателям в качестве бомбоубежищ во время войн с другими цивилизациями Земли. Но уверенным в истинности идей Северцев не был и озвучивать их не торопился. Несмотря на множество свидетельств существования тоннелей, материала для выводов не хватало. Зато хватало стимулов, чтобы и дальше заниматься поисками подземных «червоточин». После встреч с геологами Северцев начал всерьез подумывать о новой экспедиции на Урал, в район Нижнего Тагила, где, по расчетам, должны были сходиться четыре линии тоннелей, ведущих на Дальний Восток, на запад, на юг и на Крайний Север России, к Северному Ледовитому океану.
Из Татр он доехал до Санкт-Петербурга на машине экспедиции, а оттуда сел на «Голубую стрелу», способную доставлять пассажиров в столицу всего за три с половиной часа. И надо же было такому случиться, что в спальном вагоне он нос к носу столкнулся с Вадиком Сурковым, давним школьным приятелем, с которым он когда-то сидел за одной партой и которого не видел уже лет двенадцать.
Вадим его не узнал. И лишь когда Северцев напомнил ему кличку — Сурок, приятель наконец созрел.
— Олег?! Оглобля?!
— Он, — кивнул, улыбаясь, Северцев.
Сурков облапил его, притиснул к широкой груди.
— Осторожней, мужчина, — выдохнул Северцев. — Неправильную мы тебе кликуху дали — Сурок, Медведем надо было звать.
— Так я раньше худенький был, — виновато отозвался Сурков, бородатый, широкий, выпуклый со всех сторон.
— Зато ел больше всех, вот и результат.
Их потеснили входящие пассажиры, и приятели вынуждены были разойтись по своим купе. Потом поменялись местами так, чтобы ехать вместе, и принялись вспоминать былые годы, выставив на столик бутылку водки — Сурков и закуску — Северцев. Олег алкоголь не употреблял, но сделал глоток за встречу, а вот Вадим пил с удовольствием, почти не хмелея, лишь глаза заблестели да щеки покраснели.
— Я геолог, — пожал он круглыми мощными плечами, — часто по экспедициям мотаюсь, а там без спирта нельзя.
Разговорились о нынешнем житье-бытье.
Северцев рассказал о своих похождениях, признался, что археолог из него получился «нестандартный», так как он не любил месяцами сидеть на одном месте и раскапывать древние городища и могилы, зато повидал немало интересного.
— Ну а сейчас ты чем занимаешься? — поинтересовался Вадим, успевший поведать свою историю: учился, женился, родил двух детей — мальчика и девочку, помотался по России-матушке.
Северцев оживился.
— Ты слышал что-нибудь о системе тоннелей, обнаруженных под землей?
— Доносилась слухи, — кивнул Сурков, стягивая рубашку; в купе было не жарко, но после выпитого Вадим вспотел. — Но я этим особенно не увлекался.
— Так вот, система существует! Видел бы ты Мраморную пещеру в Крыму! Я там был трижды, нашел продолжение тамошнего тоннеля. А сейчас возвращаюсь из экспедиции из Татр, где также исследовал систему искусственных ходов.
Вадим с любопытством посмотрел на лицо Северцева.
— Серьезно? Ты видел эти ходы?
— Не то слово — видел, я их засиял на видео. Жаль, что многие тоннели затоплены. Не хочется распаковывать сумки, но кое-что я тебе все же покажу.
Олег достал цифровой фотоаппарат, включил, нашел один из последних снимков Бескидского тоннеля, вывел на экранчик.
Вадим посмотрел, хмыкнул.
— Действительно, похоже на метро… А рельсов вы там, случайно, не нашли?
— Шути, шути, — не обиделся Северцев. — А между прочим, эти тоннели тянутся под всеми материками, образуя целую сеть! И строили их десятки миллионов лет назад!