Она протянула мне вязаную шапочку и улыбнулась так, как заботливая жена. Одень, мол, дурашка, уши озябнут.
И, хотя у меня уже зуб на зуб не попадал, я гордо отверг шапку.
– Не горячись, Сеня, в жертву всегда приносили лучших, а не абы кого. Я выбрала тебя, потому что у тебя были достаточные способности, ведь структура управления поливодой потихоньку использует ментальные ресурсы мозга через диффузный нейроинтерфейс. Я выбрала тебя, потому что ты мне понравился, потому что хотела с тобой работать вместе, каждый день, в одном офисе, я хотела ежедневно с тобой общаться и выслушивать твои далеко не всегда удачные шуточки. Для меня в то время это был максимум влюбленности.
– Ладно, «максимум влюбленности» уже не измеришь, а вот просчитанность эксперимента поражает, – признался я. – Сетчатая структура для управления поливодой возникла во мне за пять с лишним лет до появления поливоды. Кто все это спланировал?
– А я тебе всё равно правды не скажу, должен понимать. – Любка поднесла свои изумрудные глазищи так близко, что у меня затряслись поджилки и заколотилось сердце. – С тебя достаточно знать, что существует некий Центр, который обрабатывает столько информации, что способен прогнозировать события и планировать свою реакцию на много лет вперед.
– И Центр этот явно не Москве располагался, а за морем. Как же ты дала себя завербовать врагам твоей страны? Что насчет нравственности и патриотизма? Твой же дед вместе с моим дедом в восемнадцатой армии воевал, они вместе Будапешт брали и Вену.
– У настоящих профессионалов, по большому счету, нет нравственности, про патриотизм я уже не говорю. Их интересует только возможность самореализации. У ученых нет своего народа и своей страны, у них есть только своя наука. Запиши это себе в мозжечок.
– Про интерес к баблу тоже записать в мозжечок?
– На начальном этапе важно и обеспечение полного материального благополучия, чтобы ничто не мешало самореализации, – солидно ответствовала Любовь, как не поверить. – Но тем не менее группу Бреговского спасла я. Не так давно ЦРУ пронюхало про наших законсервированных друзей и начало искать их. Центр поставил мне задачу опередить цэрэушников – иначе бы всему спецназу крышка. Искала лично я, так что ребятки из команды Бреговского мне сильно обязаны и порвут за меня любого, учти.
– Конечно-конечно, ЦРУ – это тупые бюрократы, неспособные на тонкую многоходовку. А вот интеллектуально развитый Центр выпустил из погреба ледяных орков, создал атмосферу кризиса, и у ооновского правительства появился наконец микроскопический, хотя и реальный враг. Какая-нибудь крупная корпорация теперь получит заказы на новую военную и полицейскую технику, конгресс выделит миллиарды на сокрушение «самой большой угрозы нашей демократии со времен энергетической империи Медведева». Очаг «ледяного руссофашизма» будет задушен с большой помпой, с вручением многих премий и обильными славословиями в честь «несокрушимой свободы». Голливуд снимет блокбастер под названием «Твари». Немножко специй в пресное блюдо никогда не повредит, так? Именно это нужно вашему Центру. Угадал?
– Так. Могло быть так. Однако Центр решает совсем другие вопросы.
Ну, Любовь Рафаиловна, здесь ты не будешь меня водить вокруг пальца, демонстрируя превосходство своего разума. В неточных науках я и сам мастер анализировать, подперев буйну голову кулаком.
– Я знаю, по поводу чего волнуется Центр. И даже могу ему посочувствовать. Ах, эти хакеры-вонякеры. Они запросто украдут какую-нибудь новейшую интеллектуальнейшую технологию, или она сама к ним переползет, чай не дура. И начнут они удовлетворять свои потребности, не платя ни цента в супермаркете, не поглощая рекламу и не прося кредита. Так, глядишь, возродится натуральное хозяйство, и от ооновской «демократии» останется нуль на палочке. Под предлогом борьбы с руссофашизмом можно и хакеров передушить. Так?
– Могло быть так, – опять уклончиво ответила Любовь и сказала. – Посмотри вокруг... какая широта – знаешь?
Я огляделся вокруг – по зеленоватому оттенку воды понятно только, что это Карское море. Льда нет, но и купаться не тянет.
– Семидесятая? – сказал наудачу я.
– Семьдесят вторая. Но льда нет до самого северного полюса.
– И какая связь?
– Безо льдов что-то не то творится в высоких широтах. И это может отразиться на всем земном шарике. Катастрофически.
– Что ты темнишь? Что творится? Земля Санникова всплыла? Планета Земля начала партизанскую борьбу?
– Зафиксирован подъем суши в некоторых местах. Не исключено смещение магнитного и даже географического полюса. Не время сейчас делать научный доклад, но, по мнению экспертов, планета, как большая система, выходит из устойчивого состояния. Вот это и волнует Центр в первую очередь.