– Примите мои глубочайшие извинения, дорогой Арсений Назарович, – полицмейстер поклонился старику. – Напрасно я не верил вашим письмам. В одном лишь вы чуток ошиблись. Береснев не упырь, а маниак. Садист. Тот еще кровопивец. Он получал удовольствие от страданий несчастных девиц. Ну ничего, вскоре отправится на виселицу. А вам за помощь следствию будет вручено денежное вознаграждение. Если бы не ваша бдительность, страшно представить, сколько еще девушек мог убить душегуб. Выражаю вам огромную благодарность от лица всего государства российского, которое с вашей помощью избавлено от чудовища в человеческом обличье.
На душе у старика было легко и беззаботно, он трогательно улыбался, глядя на давнего знакомого и радовался тому, что совершил свой, наверное, последний в жизни, подвиг.