— Спали тебя солнце!..
— Ваше высочество, — окончил кайр, — я понимаю нежелание Деметры вступить в брак с незнакомым, грубым, мрачным северянином. Я принял бы простой отказ, о чем уведомил Деметру. Однако она пошла путем интриг, потому я отменяю свадьбу. Готов ответить, если сочтете нужным.
В этот миг будет забавно проследить мысли всех участников сцены.
Кайр Джемис думал: «Провались оно все во тьму!»
Принц Гектор думал: «А сестренка-то молодец! Я знал, она способна на многое, лишь бы не выехать из Девичьего дворца. Но поссорить два королевства!..»
Катрин Катрин думала: «Зачем столько шума, кайр Джемис? Подумаешь, устроила интригу. Женись на ней, а потом всыпь ремнем по заднице — вот и не будет интриговать».
Хайдер Лид думал: «У нее осиная талия! А шея — точно у белого лебедя!»
Мирей Нэн-Клер думала: «Какой благородный профиль! Словно скульптура древнего героя!» И более тихо, сквозь приворотный дурман, звучала другая мысль: «Эх, не вовремя вы, граф. У нас же почти получилось…»
Ну, а Деметра выразила свои мысли словами:
— Граф Лиллидей, не говорите того, о чем пожалеете. Вы правы лишь в одном: я действительно хотела расстроить свадьбу. Но не из-за вас, а из-за отца! Мой папенька Франциск-Илиан дал обещание: не принуждать меня выйти замуж. Но он забыл свои слова, увлекшись Древом! Представьте мой гнев, когда узнала, что обещана вам! Конечно, я захотела все испортить — но лишь на зло отцу.
Принц Гектор ввернул, адресуясь к Мирей:
— Прошу заметить, не все дети нашего отца воспитаны подобным образом.
Деметра продолжила, сверкая гневными искрами в глазах:
— Граф Лиллидей, о вас я ничего не знала. И я не сужу о человеке лишь по тому факту, что он — северянин. Я захотела узнать вас получше, но как? На словах вы скажете о себе лишь хорошее — кто поступил бы иначе! Как тут подвернулись торги, и дали возможность. Я создала ситуацию, в которой вы проявите себя со многих сторон. Поможете ли другу? Подумаете сперва про Барни или про мою постель? Как будете искать — умом или кулаками?.. Я испытала вас — и увидела много достоинства. Вы имеете ум, отвагу и сердце. Последнее — особенно важно: я не пошла бы к алтарю с куском железа. Вы оскорблены испытанием, милорд? Что ж, вольному воля, как вы и сказали. Я должна была узнать того, с кем проведу всю жизнь. Не нравится — я вас не держу!
Джемис ответил:
— Испытание меня не оскорбило. Я — щит и правая рука герцога. Каждая баба, влюбленная в него, устраивает мне какую-нибудь проверку. Привык… Чего не прощу — это жестокости к мальчику. Вы обидели ребенка, миледи.
— Я выкупила его из плена лишь затем, чтобы вернуть капитану Лиду. Только сделала бы это позже, по окончании проверки.
Кайр изобразил ледяную улыбку:
— Разумеется, миледи, я поверю вам на слово.
Она ответила:
— Не верьте словам, узрите воочию. Секретарь, узнайте: прибыла ли во дворец Ванесса-Лилит, и если да, то пригласите ее сюда.
Принц кивком подтвердил приказ, и секретарь ушел. Все затихли в ожидании. Ведьма и волк коротали время, лаская ладони друг друга. Гектор обратил на них взор:
— Господа помешанные, не думайте, что я забыл о вас. Каково ваше решение: выпить зелье и выздороветь или остаться эгоистичными идиотами?
С трудом отведя взгляд от лица любимого, Мирей сказала принцу:
— Ваше высочество не оставили нам выбора. Если мы ради чувства забудем о долге, то упадем в своих глазах и не сможем любить друг друга. Боюсь, нам придется выпить.
— Давно бы так!
— Но ваше высочество упоминали некую награду, которая облегчит нашу горечь разлуки…
Гектор поморщился:
— Да, да, я верну Барни и дам Солнечный полк, лишь бы больше не видеть ваших блаженных физиономий!
Слуга принес стакан воды. Янмэянка вылила в него содержимое флакона. Влюбленные долго смотрели друг на друга, затем поцеловались в первый и последний раз — и выпили зелье.
А потом в зал вошла Ванесса-Лилит, ведя за руку мальчика лет десяти. На вдох он растерялся от обилия стражи, блеска принцев и принцесс… Потом увидел Хайдера Лида, завизжал от радости, ринулся к нему. В шаге от дяди спохватился, вытянулся в струнку, как солдат на карауле:
— Капитан Лид, позвольте доложить! Жив-здоров, потерь не имею. Буду рад вернуться домой!
Капитан шмыгнул носом, выпустил из рук болотную ведьму, утер влажные глаза. Сказал племяннику:
— Вольно, тьма сожри, — и стиснул его в объятиях.
Что стоит добавить к этой истории?
Барни благополучно вернулся к маме. Он мечтал стать греем, а затем надеть двуцветный плащ и вступить в ряды Лидских Волков. Странное дело: прославленный дядя убедил его, что существует более достойная работа, чем резать людям глотки. Барни поступил в Техническую академию Первой Зимы и сделался искровым инженером.