— Не стоит извинений. Вы исполняли волю Церкви.
— Именно так, владычица. И Церковь велела мне сказать кое-что еще. Наедине.
Он поглядел на Шаттэрхенда. Мира качнула головой:
— От капитана не имею секретов. Говорите при нем.
Харви приосанился от гордости, а Мира ощутила себя лживой заразой. Епископ сказал:
— Да будет так. Моими устами Церковь Праотцов предлагает вам голоса на выборах.
Глаза Миры полезли на лоб.
— Отче, я не верю. Вы испытали меня на покорность, и я ее не проявила. Отчего Церковь благоволит ко мне?
— Церковь Праотцов, — с нажимом сказал епископ.
Мира взяла паузу, чтобы понять ситуацию. Стараниями пророка, ветви Церкви помирились. Воля Праотцов и Праматерей теперь совпадает. Амессин хочет снова посеять вражду? Зачем?..
— Не понимаю, — созналась Мира.
— Не пугайтесь, ветви Церкви едины во всех главных вопросах. В частности, как Праотцов, так и Праматерей волнует опасность бунта, вызванного инфляцией и высокими налогами. Полагаю, мать Алисия попросит герцога Эрвина прийти на помощь в случае смуты, и я не возражаю против этой просьбы.
— Инфляцией?.. Адриан печатает банкноты?
Амессин качнул головой:
— Увольте, я не силен в финансах. Есть один вопрос, в котором ветви Церкви расходятся. Он далеко не столь конфликтен, чтобы вызвать войну, но все же имеется разногласие. Как вы знаете, кандидатов на плащ приарха и диадему архиматери должен утвердить владыка. Капитул Праматерей гордится точностью соблюдения традиций и желает провести выборы архиматери тогда, когда определится подлинный, а не временный император.
— Знаю. Выборы в капитуле намечены на декабрь.
— Но ветвь Праотцов пришла к иному решению. Мы желаем избрать приарха в ближайшее время, еще до выборов владыки Полари.
Этого Мира не слышала ни от Эрвина, ни от странников с зелеными номерками, ни от своих людей в Фаунтерре. Амессин раскрыл ей тайну.
— Благодарю. Но почему?..
— Имеются две причины. Мы, как и капитул Праматерей, ожидаем бурных волнений в народе. Святые матери не желают взаимодействовать с чернью, предоставив данный вопрос батальонам герцога. Но мы, слуги Праотцов, считаем своим долгом образумить простой люд. А для этого нужен твердый духовный лидер в лице приарха.
— Какова вторая причина?
— Каждый кандидат в императоры имеет предвзятость касательно личности приарха. Насколько известно, вы питаете антипатию к пророку Франциск-Илиану. Герцог Ориджин захочет вычеркнуть из списка меня. Адриан также имеет свои вкусы. Прелаты Праотцов пришли к выводу: выборы приарха будут честны лишь в том случае, если император не вычеркнет никого.
Он махнул рукой, послушник подал папку с бумагами.
— Ваше величество, здесь список наших кандидатов. Подпишите его без удалений. Тогда я смогу пообещать вам наши голоса на выборах владыки.
Мира просмотрела список. Из скверного, там было имя Франциск-Илиана. Но Эрвин с Ионой так часто хвалили пророка, что Мира почти забыла свою неприязнь. Кроме того, в списке был сам Амессин. Отпетый мерзавец, подручный Галларда, союзник Кукловода. Вот его Мира вычеркнула бы с большой охотой.
— Простите, епископ, но я не могу подписать без удалений.
— В таком случае и я не могу обещать вам поддержку. Воля Церкви тверда.
— Но это нелепо! Вы проголосуете за владыку на основании одной подписи? Разве черты кандидата совсем не важны?
Амессин отчеканил:
— Важно уважение к Церкви и послушание. Вы могли проявить покорность, раскаявшись в применении Предмета. Вы этого не сделали. Осталась лишь одна возможность: уважьте духовенство и не вмешивайтесь в выборы приарха. Если откажетесь, мы отдадим предпочтение кандидату, более послушному воле Праотцов.
— Капитул Праматерей будет недоволен, если я подпишу. Вы проведете выборы раньше их.
— Капитул уже вами недоволен. Из-за ссуды, которую вы давеча получили от матери Корделии. Кое-кто называет ее взяткой.
— Я не ослышалась: вы шантажируете меня?
— Отнюдь. Дыры в бюджете Праматерей не волнуют Праотцов. Просто отмечаю факт: рассорившись с нами, вы будете иметь недругов в обеих ветвях Церкви.
— Я должна обдумать.
— Нет, владычица. Я не имею права повторять предложение. Подпишите сейчас, или список будет сожжен.
Все в Мире восставало против такого давления. Мерзавец пытается меня прогнуть — нужно развернуться и уйти. Эрвин всегда восхищался, как я умею говорить с мерзавцами. Отличный момент, чтобы снова показать мастерство!