— Какими судьбами, леди Ванесса?
— Ваше высочество, завтрашней ночью ганта Фархан устраивает большие торги. Я побывала на его корабле и отметила несколько жемчужин.
— Рада за вас, но я не работаю в этой сфере.
Ванесса продолжила, нимало не смутившись:
— Завтра же принц Гектор дает обед в честь гостей с Севера. Ориджинские корабли уже подходят к Лаэму, в одном из них прибудет ваш жених.
На сей раз Деметра сдержалась:
— Я с нетерпением жду встречи.
Вдова сказала:
— Принцесса, если ваши слова искренни, тогда мне нечего предложить. Но если грядущая встреча с кайром Лиллидеем сулит вам не только радость…
Деметра напряглась. Ямми навострил уши.
— Что тогда?
— Как известно вашему высочеству, Онорико-Мейсор был ниже меня родом. Когда мои родители утвердили брак, я испытала обиду. Я не могла знать наперед, каким заботливым и страстным окажется Онорико, потому не хотела за него. Дочь не смеет противиться воле отца. Но девушка может позволить себе легкие причуды. А если эти милые шалости шокируют жениха, приведут в негодование и ярость, заставят уйти, хлопнув дверью, — есть ли в этом вина невесты?
Деметра села прямо и погладила барса.
— Как видите, миледи, мы с Ямми внимательно слушаем.
Искушенный читатель уже посещал торги альтесс — в обществе Хармона Паулы и Архитектора Счастья. Потому не станем отягощать рассказ детальным описанием аукциона. Отметим лишь, что на нынешних торгах царило дивное праздничное настроение. Южные вельможи дорвались до лакомства после долгой голодовки. Шаваны предвкушали богатую прибыль. Девушки — большинство были альмерками — радовались шансу вырваться из степной глуши. Потому они охотно показывали свои таланты, а покупатели не скупились на похвалу и монету.
Под бдительным взглядом супруги принц Гектор не участвовал в торгах, но первым давал оценку каждой альтессе, появлявшейся в зале. Слова знатока служили ориентиром для покупателей.
Иксы разделились в чувствах. Одни испытывали гнев: идовы шаваны зарабатывают на несчастье девушек! Мало им всыпали при Первой Зиме! Другие возражали: для девушек все сложилось к лучшему. Это же простые крестьянки из Альмеры, на родине их ждут разоренные поля, сожженные избы и долгая тяжелая работа. А так — станут любовницами богачей, будут носить шелка и жить в хоромах.
Капитан Лид смекнул, что для спокойствия полезнее вторая точка зрения, ее и поддержал. Подозвал одну из альтесс — крупную рыжую деваху:
— Скажи честно: хочешь, чтоб тебя купили?
— Вы, милорд? — Девица рассмотрела благородные черты капитана. — Конечно, хочу.
— Я женат, супруга не поймет. Я в общем спросил…
— А я не женат, — другой знатный кайр, лейтенант Мейнард, поманил рыжую к себе на колени.
Лид пресек непотребство:
— Отставить! В Ориджине рабство запрещено, герцог с нас спустит шкуры.
Мейнард со вздохом отослал рыжую. Однако она не отступила, а предприняла внезапный маневр: встала у него за спиной и принялась разминать плечи.
— Зачем, не нужно… — возразил было Мейнард. — О… Ооо!.. Ай, как хорошо!.. Капитан, а точно запрещается? Нельзя ли в порядке исключения?..
После короткого диспута пришли к компромиссу. Дома ничего такого нельзя, но мы-то в Шиммери. Можно купить девушку и приятно провести время, а по прибытии в Уиндли отпустить на свободу. Часть иксов оживленно включилась в торги…
На продажу выставлялись не только девушки, а и юноши. Покупатели-мужчины не обращали на них внимания. Юноши сразу отправлялись на боковую сцену перед дамскими ложами, только там к ним имелся интерес.
Надо заметить: в павильоне для торгов предусматривались раздельные ложи для дам и господ. Леди Катрин Катрин и леди Мирей Нэн-Клер заняли почетное место в дальнем от Гектора крыле зала. Это немного опечалило принца. Он планировал обсудить с янмэянкой черты и достоинства женщин, а затем плавно перейти к достоинствам мужчин… Но леди Катрин нежно сказала ему:
— Дорогой, не будем смущать королеву отступлением от традиций. Дамы обычно сидят в особых ложах, мы с леди Мирей отправимся туда…
И принцу пришлось довольствоваться обществом хмурого графа Лиллидея. Правда, Гектор и в этом нашел удовольствие: насладился превосходством знатока над дилетантом.