— Ложи на стол. На кухне. Прямо по коридору. Он пустой, — раздался голос Раормана.
Я закрыла глаза и не смотрела, куда меня несут. С закрытыми глазами, между прочим, даже легче было. Можно представить, что это медитация такая… Болевая. Через несколько секунд комочек, наполненный болью, то есть меня, попытались положить на стол.
— Инга-а-ар! — закричала я, уже не в силах терпеть эту боль, что начала прибавляться с новой силой. Голос из-за слёз был какой-то детский прямо. Да и мешали они говорить.
— Да? — дракон моментально отозвался, аккуратно сажая меня стол.
— А что сейчас будет? — проскулила я. И в ожидании ответа закусила губу. Было так же страшно, как и больно. То есть пипец как.
— Не переживай, — улыбнулся Инг. — Ты ничего не почувствуешь.
— А вот так лучше не говорить, — раздался рядом голос Раормана. — Ей не шесть лет.
А потом он, убирая футболку со спины, видимо чем-то, вроде ножниц, принялся рассказывать:
— Сейчас мы сначала посмотрим, что за ранение. Оно не сквозное, это уже замечательно. Но гэйл застрял. Между рёбрами, по видимому. Это, кстати, тоже хорошая новость. Можешь радоваться.
Что-то мне радоваться не хотелось. Мне хотелось Раормана придушить. Все беды из-за него. Судя по лицу Ингара, он был со мной согласен. Но оборотень не обращал на нас внимания, чем-то обрабатывал мою спину и продолжал говорить:
— Было бы в разы хуже, если бы задело внутренние органы. А так всё сравнительно просто. Пей.
— Что? — вскинулся Ингар, отбирая бутылку, протянутую мне. -Ты знаешь, сколько здесь алкоголя?!
Приглядевшись к бутылке, я прочла название дорогого виски. О да, последняя моя попытка пристраститься к алкоголю как-то вообще плохо закончилась. Но вот конкретно в этот момент я совсем не против была выпить. Алкоголь очень помогал отвлечься от «бренного и физического». Возможно, мне стало бы чуть менее больно. Потому что вот в данный момент спину жгло так, что впору было вешаться, и я изо всех сил сдерживалась, чтоб не заорать.
— Не рычи, — спокойно осадил Инга Раорман. — Бутылку я принёс. Напои её. Я буду пользоваться обезболивающими, но всю боль они точно не уберут. До клиники с полноценным наркозом ты её просто не довезёшь — ближайшая в семи километрах, и до момента прибытия её шансы на жизнь снизятся с семидесяти до двадцати процентов. Так что, пои невесту и помогай мне.
Военный всё это время продолжал работать с моей спиной. Ингар, видимо, впечатлённый перспективой, заставил меня выпить чуть ли не полбутылки. Горло жгло немилосердно, но своего парни добились — алкоголь мне в голову ударил, и боль действительно стала не так заметна, потому что у меня наступило странное состояние пустоты. Стало очень спокойно и даже зубы чуть разжались. А потом спина постепенно онемела и я даже облегчённо выдохнула. Как я успела понять, меня положили на стол животом. Холодная поверхность помогла на несколько секунд почувствовать себя лучше.
Но потом я услышала очень странную команду от Раормана:
— Держи её.
А вот ко мне была обращена другая реплика, а в зубы дали какую-то странную палку:
— Терпи.
И с этими словами он начал… даже не смогла бы это описать. Боль вернулась, умноженная в несколько раз, и не дёрнулась я только потому, что меня держал дракон.
Но почти сразу Раорман остановился и произнёс:
— Уже вижу. Недолго осталось. Терпи. Ты сильная, ты сможешь.
И я терпела. Это не было совсем недолго. Это было мучительно долго. Я ревела, кусала деревяшку, молила сначала, чтобы они прекратили, а после, кажется, звала на помощь. Пыталась вырваться, но Ингар с бледным, решительным лицом удерживал. Было дико больно. Такое чувство, что этот кошак у меня в спине руками ковырялся.
Но наконец через некоторое время я услышала полное ликования «есть» от оборотня. И уже было обрадовалась, но это оказалось не всё, и мне объявили:
— Сейчас буду сращивать повреждённые кости. Это тоже больно, но не настолько. Теперь действительно осталось совсем немного.
А Ингар спросил:
— Ещё выпьешь?
Я обречённо кивнула и в меня влили остатки виски. А потом начался второй акт мучений. Оборотень был прав — перенести это было легче, да и я уже настолько устала, что лежала и практически не двигалась. В голове мелькали мысли, что лучше было бы сдохнуть, которые я периодически неосознанно озвучивала. Как я это поняла? Просто в такие моменты я слышала от Ингара фразы типа «обойдёшься» и «ты мне ещё живой нужна». Он по-прежнему меня удерживал, целуя то в лоб, то в макушку. Но мне уже не было особой разницы.
А потом Раорман скомандовал: