— Вот оно как. Астарта, отправишься со мной?
— Ты ещё спрашиваешь, Напарник? — сказала она, принимая форму катаны.
Я повесил её на пояс.
— Я… Я тоже хочу с тобой, братец… — сказал Нуэ, уставившись в пол.
— Прости, тебе придётся побыть здесь, я не могу взять тебя в такое место. Просто подожди и я заберу тебя.
— Хорошо… — на удивление быстро согласился он.
— Когда отправляемся, Артур?
— Прямо сейчас. Мерлин, можешь перенести Вайса на остров-тюрьму?
— Конечно — раздался голос Мерлин из ниоткуда.
Прямо посреди комнаты появился портал, из которого она и вышла. Мерлин подошла ко мне и нацепила магические кандалы.
— Покажешь это надзирателю — Артур протянул ей письмо Шиномори.
— Хорошо — сказала она и вошла в портал.
— Ну, до скорого, я надеюсь — попрощался я со всеми, проходя за Мерлин.
— До скорого — услышал я вслед.
Пейзаж резко сменился и мы оказались на острове. На стене огромной крепости, что занимала девяносто процентов всего острова. Он был полностью отрезан от континента и находился так далеко от него, что море простиралось за линию горизонта. Мы с Мерлин пошли вниз по лестнице, прямо к боковой башне стены, на верхушке которой развивалось тёмно-фиолетовое знамя с мечом и кандалами. Мерлин постучала в дверь и из-за неё послышался слабый хриплый голос:
— Войдите…
Мерлин открыла дверь и мы вошли внутрь. В помещении было темно, всего одна свеча стояла на столе, освещая его. В этом мрачном свете сидел старик в чёрном плаще, что закрывал всё его тело. Ничего не говоря, Мерлин протянула ему письмо. Старик взял его своими дряблыми руками, медленно развернулся и, нацепив на свой огромный горбатый нос монокль, принялся читать его.
— Хмммми… — очень медленно протянул он — Хорошо, мы сообщим всем правителям, что преступник пойман и нет смысла его больше искать, вы можете быть свободны, Мадам — сказал он, указывая сморщенным пальцем на дверь.
Мерлин слегка поклонилась и вышла. За дверью я услышал звук портала. Она перенеслась, скорее всего, обратно в Левариэль.
— Так… Теперь разберёмся с тобой… — он встал, подошёл к одному из множества шкафов, открыл ящик и начал что-то искать — Вот оно — он достал какую-то папку.
Он принялся листать её, медленно, очень медленно, так медленно, насколько это было возможно, мне уже начало казаться, что проходят часы. Спустя какое-то время он наконец заговорил:
— Ниирвайс. Сын Белого Волка и деревенской девушки. В раннем возрасте остался один. В последние годы жил в Асмариэле, в клане Кусанаги, в результате неизвестных событий унаследовал клан. Приговорён к пожизненному заключению на острове-тюрьме Кроэн за убийство трёх тысяч человек и покушение на Сёгуна Шиномори.
Эта крыса всё основательно подготовила, даже информацию на меня нарыл. Ну ничего, Шиномори, я с тобой ещё поквитаюсь.
— Так… — продолжил он — Северной, центральное или восточное?.. — спросил он, по всей видимости, сам себя.
Он обмакнул перо в чернила и начал что-то писать на чистом листе. Краем глаза я увидел слова «Поместить», «северный», «неделе» и «бой». Как только он дописал, сразу свернул письмо и поставил восковую печать, тем самым запечатав его. После он открыл ящик стола и достал оттуда ошейник. Он не был похож на тот, что ограничивает магию, что странно. Ошейник слегка двинулся. Показалось? Ещё немного. Нет, он точно двигается. Одним резким рывком ошейник сам нацепился на мою шею.
— Отлично, сел как влитой… Хихихи… — мерзко прохихикал старый, протягивая мне письмо — Отдай это надзирателю в северной области.
Как только я взял письмо, кандалы, что создала Мерлин испарились. И опять его старый палец указал на дверь, приказывая мне выйти. Я послушно покинул башню и направился прямо вдоль стены. Северная область значит. Думаю они поделены по сторонам света, так что проблем с её местонахождением не будет. Эта тюрьма и впрямь огромна. Довольно много высоких зданий, хотя внимание привлекают не они, а постройка в центре всей тюрьмы. Гигантская башня, верхушка которой уходит за облака. Здание местного правительства? Возможно. Кстати о людях, я уже у северной области, но до сих пор никого не встретил. Странно. Ладно, думаю нужно найти надзирателя. Я отыскал такую же башню, как та, в которой я был и вошёл внутрь. Обустроено всё было также, как и в той башне. Я посмотрел на человека за столом. Стоп. Это тот же старик?
— Чего тебе? — спросил он.
Огромный горбатый нос, сморщенная кожа и слабый хриплый голос. Это точно он. Я медленно подошёл и протянул ему письмо. Он прочитал его и сунул в ящик.
— Здание номер четыре, второй этаж, вторая камера, первая койка — сказал он, указывая на выход.
И я опять послушно вышел. Четвёртое здание значит? И как мне его найти? Они все одинаковые. Я обошёл первое попавшееся здание и увидел на стене цифру «1». Первое, тогда получается, что мне дальше. Я пошёл дальше. Второе, третье, ага, вот оно. Четвёртое здание. Я вошёл внутрь, коридоры оказались длиннее, чем казалось снаружи. За столом у входа сидел, по всей видимости, охранник. На его лице была гладкая круглая маска, что скрывала лицо, а волосы были спрятаны под колпаком. Я прошёл мимо и он мне даже ничего не сказал. Похоже, что у заключённых здесь и правда довольно много свободы. Я поднялся на второй этаж и пошёл по коридору. Около решёток также висели таблички с номерами, поэтому я довольно быстро отыскал свою. Я вошёл, закрыв за собой решётку. Солнце светило прямо в решётчатое окно и заливало своим светом всю камеру. Коек было четыре. По две с каждой стороны. Две койки стояли на полу, а две были приколочены к стенам. Прямо под окном стоял небольшой стол на котором три гнома раскидывали партию в карты и, кажется она уже подходит к концу.
— Хаха! Поцелуйте меня в гузно! — воскликнул один из них, избавившись от последней карты в руке, после чего он обратил на меня внимание — Опа, парни, смотрите кого к нам принесло, это же человечий вырод… — в этот момент ему прилетела смачная оплеуха от сопартийца.
— Не обращай внимания, Орлам родился, а его манеры остались в мамкином пузе. Ты проходи, садись — сказал гном грубым, но в тоже время приветливым голосом.
— Хан, ты какого хера творишь?! Давно жопу тебе не намыливали?! — взбеленился Орлам.
— Орлам, Хан, успокойтесь, неужели вы не видите, кто перед вами? — спросил их третий, самый старый среди них.
Хан и Орлам переглянулись, посмотрели на меня и повернулись к третьему гному.
— Фаргрим, неужели он? — спросил Хан.
— Никаких сомнений — ответил ему Фаргрим.
Я осмотрел каждого из гномов. Все трое были крайне крепкого телосложения и все одинакового роста, носили они одно и тоже, словно какой-то отряд. Белые хлопчатые рубахи, зелёные жилеты, чёрные штаны и кожаные сапоги. Их отличали только цвет волос, шрамы и некоторые черты лица. У Хана были чёрные волосы, сильно выбритые бока и нетронутые, поднятые наверх волосы посередине. Борода была средняя, ровная, было видно что он тщательно за ней ухаживал, не давая сильно разрастись. Через всё лицо проходил глубокий шрам, словно ему рассекли секирой голову.
— Интересно откуда у меня этот шрам? — спросил Хан и, не дожидаясь ответа, продолжил — Значится, напился я как-то раз в стельку, ну и, как оно бывает, по пьяни перепутал дырку, когда моя благоверная узнала, взяла мою секиру и перее… Вообщем, моей же секирой мне по лицу съездила. Примерно так, хотя уверенности нет, ибо я тогда снова нажрался, чтобы притупить боль. Ведь, как говорится, нет лучшего обезболивающего, чем горилка.
Почему я не удивлён. Я посмотрел на Орлама. Довольно вспыльчивый малый. Длинные рыжие волосы и такая же борода, собранные в косы. На груди из-под рубахи виднеется наколка в виде волчьей морды. Ну и наконец Фаргрим. Седой, с бородой по пояс, морщинистый. Несмотря на старческие черты, он выглядит очень грозно. Его взгляд заставляет думать, что он читает тебя, как книгу. Нужно быть с ним аккуратнее.