Просто из-за навалившейся текучки отложил на потом свой персональный «грабёж века». Возможно снова тот же, так до конца и не реализованный его предшественником.
Последующий после катастрофы на Каспийском море 914 год, Игорь начал со сбора налогов. Он заново усмирил древлян (самых воинственных членов дулебского племенного союза, обитавших в районе современных Житомира-Хмельницкого на Украине) и обложил их суровой данью. Значительно превышающей ранее собираемую Олегом. А с таким беспределом никакой «голодомор» и близко не стоял.
Это самое первое сохранившееся упоминание о деяниях Игоря.
Далее он удачно «прогнулся» перед Византией за право «с прибытком» сбывать собранную дополнительную дань, и уже в 915 году отправил войска в помощь Византии против Болгарии. Также он совсем не мешал печенегам устраивать набеги на ту же Болгарию. И закрывал глаза на их проходы через подконтрольные ему территории. Пока к 920 году они не начали угрожать уже его интересам.
О внутренней политике князя Игоря, как, впрочем, и о действиях младших князей на Севере, никаких данных не сохранилось. Но отсутствие значимых внешних операций говорит само за себя.
Главное упоминание о нем относится только к 944 году, когда он умудрился повторить все ошибки своего предшественника – Олега Вещего. Это стоило ему доверия дружины и, возможно, жизни.
А всё там начиналось вроде бы частным порядком.
Ещё в конце 930-х годов византийский император Роман начал войну против Хазарского каганата, которая кончилась для Византии не очень удачно. Это если очень дипломатично. А по сути, Византия была разгромлена. Император Роман в таких условиях решился поступить исключительно по византийски.
Большими дарами и лестью склонил (согласно хроникам) некого младшего князя Олега совершить частный «наезд» на Хазарский каганат и «отвлечь его», пока империя «зализывает» раны. Основной задумкой Византии было временно связать силы каганата. Кроме того, ожидаемые потери временного союзника автоматически приведут к военному ослаблению противоборствующих сторон. Такой вот двойной тактический выигрыш.
Поход этого Олега начинался успешно. Он захватил город Самкерц на территории Таманского острова (ныне полуострова в Краснодарском крае), но потом хазарский полководец Песах победил его. Пощадил и «уговорил» вероломно напасть уже на Византию, запуская в логово врага перевербованного «троянского коня».
Так упоминают его историю некоторые про-византийские хроники христианской Руси. В реальности же его участь была печальной. Но даже не в этом суть. Это был ответный выпад хазар.
Но можно поверить и в теорию заговоров. Слишком уж вероятно, что за разгромом русов стоит тройная подстава со стороны Византии – и хазаров занять, и русам «поумерить пыл», и наследника лишить.
По византийским хроникам того времени известно, что в 940-х из-за «действий христиан» погибает Улеб – старший сын и прямой наследник князя Игоря. Кстати, Улеб – один из вариантов написания имени Олег.
Уже более поздние русские христианские хроники (сотворённые православными монахами константинопольского патриархата) выдвинут своё «идейное» предположение: Улеб был убит отцом-язычником из-за его желания стать христианином.
Однако, «союзничество» с Византией, да и археологические находки (кресты-привески так называемого «скандинавского типа» в захоронениях до середины Х века по всей Руси) подтверждают, что в это время значительная часть дружин князей, включая дружины самого Игоря, уже были православными.
С учётом того, что князь и дружина зарабатывали на торговле с теократической Византией, а язычники, по сути, всегда были достаточно веротерпимы, то поздняя трактовка выглядит надуманной, особенно учитывая вызванные последствия.
В 941 году князь Игорь стремительно собирает все доступные ему военно-морские силы и бросает их на Царьград (Константинополь). Для такого должна быть исключительно веская причина. Русы и словене издревле славились тем, что крепко держали данное слово, даже если это могло стоить им жизни.
А вот так, разом, перечеркнуть все союзнические отношения с Византией, налаживаемые русами на протяжении всей предыдущей половины столетия, могла только очень большая кровная обида. Такая, как вероломная смерть старшего сына-наследника.
Июньский поход 941 года на Константинополь закончился для русов полным провалом. Вторжение не получилось внезапным. Болгары и стратиг (предводитель) Херсона (современного Севастополя) заблаговременно предупредили Константинополь.