– А ты Андрюша, если кто обижать будет, сразу ко мне, я их быстро на место поставлю. А вон твоя кровать, стели постельное белье и отдыхай, завтра у тебя будет тяжелый день. – После этого она вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь, оставив меня наедине с моими новыми знакомыми.
– Ну что, давай рассказывай, что привело тебя в эти стены? – Слава был спокоен и проявлял ко мне неподдельный интерес.
– Что рассказывать? – Я чувствовал себя неловко, был в смятении, и совершенно не знал, что мне делать дальше, хотелось заплакать и убежать прочь из этого проклятого места.
– Ну как что, свою историю конечно! У нас тут у каждого своя история, схожи все истории лишь в одном, здесь все по каким-либо причинам лишились своих родителей. У кого умерли, а кого-то просто бросили, подонки! Ты главное не стесняйся, здесь все свои. – Слава пытался всевозможными путями войти ко мне в доверие, дабы услышать мою историю.
– Ну, давай, что ты мнешься?! – Вступил в диалог Коля.
– Тихо ты, не видишь, пацану и так страшно, он новенький и ничего не знает. Но ничего, не переживай Андрюха, привыкнешь, все привыкают. А теперь давай, слушаем тебя внимательно. – Славик и Коля сели напротив меня, и начали сверлить меня взглядом, смиренно ожидая начала рассказа моей истории.
И тут мне в который раз пришлось вспомнить недавние события, которые принесли мне столько боли и страданий. Я рассказал ребятам все в таких ярких красках, что они просто раскрыли рты от удивления, они просто были шокированы от моего рассказа. Мой рассказ затянулся на несколько часов, я все говорил и говорил, казалось, ничто не могло отвлечь меня от монолога, как вдруг Николай сказал:
– Довольно! Я больше не хочу этого слышать! – Судя по чертам его лица, он был в шоке от услышанного, зрачки его глаз то и дело бегали из стороны в сторону, словно у него начиналась паника.
– Да, серьезно хватит. Да и на ужин пора идти, ты, небось тоже уже проголодался? – Слава тоже вмешался.
– Хорошо, да, есть немного. – Хватит, так хватит, подумал я, и что интересно так разволновало Колю.
По дороге в столовую, мы с Славяном шли рядом, в то время, как Николай плелся в нескольких метрах позади от нас. И тут Слава спросил меня:
– Ты, наверное, думаешь, что это Коля так испереживался, да?
– Ага, наверное, ему надоело слушать.
– Да нет же, дело вот в чем, видишь ли, у вас с ним истории немного схожи, он так же, как и ты, потерял родителей. В смысле не прям один в один, просто они у него сгорели при пожаре, только вот горели они заживо, вот. – Тут все встало на свои места, я же ведь и подумать не мог, что Николай потерял своих родителей при столь трагических обстоятельствах. – Так что мой тебе совет парень, не начинай тем про огонь, а то у него характер вспыльчивый, может и ударить больно!
– Хорошо, я понял.
После ужина, мы вернулись в свою комнату, где после непродолжительной болтовни ни о чем, в коридоре послышалось объявление, что пора спать.
– Ну вот и отбой. – Зевая сказал Слава.
– Утро вечера мудреней, или как там говорится? – Николай, сказав это, залез под одеяло.
– Ты Андрюха тоже засыпай, слышал тебе завтра своих родителей еще в последний путь провожать?
– Да. В последний. – Сказал я и задумался о том, что же ждет меня завтра.
– Ничего, не переживай, все нормально будет. Должно быть! – В который раз подбодрил меня Слава.
– Надеюсь на это. – Сказал я, и отвернулся, накрывшись одеялом.
В комнате стало тихо, лунный свет слегка разгонял ночной полумрак, оставляя меня наедине со своими мыслями. Я никак не мог уснуть, мысли о похоронах не давали мне покоя. Что же будет завтра и как в дальнейшем сложится моя судьба, покажет лишь время. Это место казалось мне хитрой ловушкой, в которую я попал, не имея ни единого шанса на спасение. Все вокруг неустанно твердят мне, о том, что все будет хорошо, жизнь наладится и все такое, но сколько же должно пройти времени, для того чтобы все эти теплые и добрые слова наконец-то стали явью? Из-за всех этих размышлений, мне поневоле вспомнился рассказ Петра Анатольевича о человеке времени:
– Так кто же такой, человек времени?
– Ты правда хочешь узнать об этом? – Спросил меня Петр Анатольевич.
– Да, расскажите мне. – К этому моменту меня уже просто распирало изнутри от любопытства.
– Ну, тогда слушай:
«Это случилось, когда мне было десять лет от роду. Я не был особо одаренным ребенком и, так же, как и все мои сверстники, не думал ни о чем, как говорят ветер в голове, более того, мне было плевать на всех окружающих. Этакий несносный сорванец, который ведет себя так, словно вся жизнь – это какая-то забава, которая не закончится никогда! Но, к сожалению, в жизни не все как в сказке, жизнь – это вечный круговорот взлетов и падений, который закручивается все сильнее и сильнее, и становится все быстрее из года в год, оставляя за собой лишь пепел несбывшихся надежд. Но, к сожалению, я тогда ничего не знал об этом, мог бы, но я просто игнорировал тех людей, которые пытались до меня достучаться, пытались открыть для меня эту, простую на первый взгляд, завесу тайны человеческого бытия. Я был глуп, и за эту глупость, злой рок судьбы все же постиг меня, обрушив все тяготы мироздания на мою голову. В один из прекрасных дней моей беззаботной жизни, я начал замечать, что с моим телом творится что-то неладное. Появилась отдышка, начала мучить постоянная слабость, куда-то в одно мгновение ока пропала вся моя юношеская энергия, и все это не было бы так страшно, если бы не одно, но! Дальше стало еще хуже. К отдышке добавились боли в грудной клетке и терзающий нутро, до самого его основания кашель. Естественно, помимо меня, это начало беспокоить и окружающих, в первую очередь моих родных. Вскоре, меня отвели в больницу на обследование. То, какие результаты оно принесло, подвергло всех в ужас, у меня обнаружили рак легких! А ведь такая проказа практически необратима. Сами врачи были в недоумении, как у ребенка, мог развиться рак легких, как?! Этим диагнозом, была перечеркнута вся моя прежняя жизнь, мне не оставалось ничего другого, кроме как смириться с только что поставленным в мою больничную карточку смертельным приговором. Мои родители были в отчаянии, они не знали, что делать дальше, что дальше будет. Ведь это великое горе, если родителям приходиться хоронить собственное дитя. Врачи сказали, что шансов практически нет, что единственное, что можно сделать, это лишь отсрочить неизбежное. Они назначили мне лечение, которое, по их мнению, должно было продлить мне жизнь хотя бы на пару лет. Но мои заботливые родители, мягко говоря, не доверяли современной медицине, только что разве рентген сделать, или анализы посмотреть, в общем-то, чего без специального оборудования сделать никак нельзя. Полные сомнений о назначенном лечении, которое должно было хотя бы на время вырвать меня из когтистых лап смерти, меня потащили в какую-то старинную деревню, которая находится у черта на куличках, в которой по поверьям живет некий шаман, способный лечить даже самые запущенные и безнадежные случаи смертельной болезни. Шаман и вправду выглядел, как шаман, будто со страниц какой-то книги сошел, с перьями на голове и облаченный в одежды, сотканные из звериных шкур. Любой другой бы, встретив такого разодетого в реальной жизни, тут же помер бы со страху, но не я, ибо был не из робкого десятка. Родители объяснили мне суть моего смертельного недуга, и никакой разодетый шаман, со своими бубнами и травами, ни незнакомая местность, ничто во всем мире, не способно было меня напугать более, чем эта страшная новость. Шаман принялся за мое лечение в первый же день нашего знакомства. Как он утверждал, духи смерти уже вплотную подошли ко мне, и полны решимости забрать меня с собой, в долину смертной тени. По сути, все, что он говорил, пугало меня до чертиков! Родители оставили меня в этой деревне, они не могли жить там, находясь рядом со мной, ибо на этом настоял сам шаман. Он сказал, что, если они останутся, то он не сможет мне помочь, так как для того, чтобы лечение подействовало, ему необходимо разорвать связь с прошлым. Якобы проблема, из-за которой у меня развился этот недуг, заключена в прошедших событиях моей прошлой жизни, и в том, что отчасти в этом есть и вина моих родителей. Мама с папой не стали с ним спорить, будто осознали свою вину, вспомнив, где они умудрились натворить такого, что расплачиваться за их действия, пришлось их маленькому сыну, который сам того не ведая, взвалил на свои хрупкие детские плечи, всю тяжесть грехов своих родителей. Шаман лишь разрешил иногда, раз в две недели и то ненадолго, приезжать ко мне, и привозить все необходимое из списка, который он столь заботливо будет писать им. На том, как говориться и сошлись. Точно в срок, раз в полмесяца, родители навещали меня в этой забытой богом деревне, наблюдая за успехами врачевания моего спасителя. Пролетали недели, месяцы, а после и годы. Я жил вместе с шаманом под одной крышей, постигая новые, сокрытые от взгляда современного мира науки. Шаман научил меня многому, я постиг искусство врачевания при помощи трав, научился не только различать травы друг от друга, но еще и точно знал, в какое время года и день недели собирать каждую из них! Моя болезнь, отошла на задний план, уже давно была пройдена та отметка, котору