На втором этаже — две комнаты отдыха, офис охраны и запасной выход с кодовым замком. Под замком была система “Скорпион” — легко уязвимая модель, если знать последовательность сброса. Он её знал.
На третьем этаже — кабинет Сивого. Дверь бронированная, замок электронный, но — ирония — рядом был вентиляционный канал диаметром чуть шире головы. Фантом только усмехнулся. Прокладка электропроводки велась по всему периметру здания, включая фальшпотолки.
Он мысленно разложил три возможных варианта:
Через крышу: доступ через чердак, далее по вентиляции. Вход ночью, уход до рассвета.Под видом курьера: быстрая ликвидация и отход через технический подвал.Дистанционно: снайперский выстрел из здания напротив, где он уже закрепил точку на чердаке с видом на кабинет.Фантом не любил суету. Он ценил чистоту операций.
Он достал миниатюрный датчик-сканер и зафиксировал радиочастотные волны на этаже — частотные шумы говорили о скрытой прослушке. Не его, а самой охраной. Это было важно. Возможно, сигнал можно будет перехватить.
Покидая здание, он задержался у щитка, щёлкнул переключателем, чтобы имитировать “работу”, и сделал пару фотографий для отчёта. Уходил тем же путём — неспешно, уверенно, без резких движений.
За углом он сбросил комбинезон, кинул кейс в мусорный контейнер, надел шапку и смешался с толпой. Его больше не существовало.
В это же время…
Прометей — старое кафе с репутацией. Бархатные кресла, приглушённый свет, дорогие шторы, лёгкий запах кофе с корицей и недешёвой сигареты. За окнами — редкий мартовский снег, танцующий в свете фонарей. Грачев пришёл чуть раньше, как и полагается. Он выбрал столик у стены, в полутени, с хорошим обзором на вход и зал. Рядом — старый радиатор, потрескавшаяся плитка на полу и стол, под которым уже были установлены три жучка. Работал Макс. Работал, как всегда, безупречно.
Сивый вошёл в сопровождении двух охранников. На нём — тёмное пальто, кашемировый шарф, дорогие перчатки и тяжёлый взгляд. Позади него шёл Поляков, его бывший секретарь, теперь посредник и координатор.
— Михаил Сергеевич, — кивнул Сивый, присаживаясь.
— Олег Петрович, — сухо ответил Грачев. — Рад, что нашли время.
Макс в это время сидел в тёмной машине, припаркованной через улицу, с наушниками и планшетом. На экране шла запись с жучков, звук был чистый — чуть приглушённый, но без помех.
— Сразу к делу? — Сивый скинул перчатки, выложил на стол пачку «Давидофф» и зажигалку. — Что-то я не припомню, чтобы ФСБ проявляло ко мне столько интереса.
— Это не официально, — голос Грачева был твёрдым. — Конфиденциальная просьба. Один из источников сообщил, что готовится покушение. На тебя.
Сивый усмехнулся. Протянул руку к чашке кофе, сделал глоток.
— И кто ж такой добрый? Конкуренты? Или, может, мои старые «друзья» из Чечни?
— Мы не знаем. Ни заказчика, ни исполнителя. Но информация пришла от человека, с которым ты был связан. Сейчас он в изоляторе по другим делам.
На лице Сивого на секунду проскользнула тень напряжения. Он откинулся назад, положил ногу на ногу.
— Вариантов несколько, — начал он. — Но самый реалистичный — политический. Ты ведь знаешь, я сейчас веду одну большую тему. Через мэрию. Через Морозова. Проект по реконструкции набережной и нового жилого квартала.
— Слышал что-то, — подтвердил Грачев. — Мэрия, госфинансирование. Там миллиарды.
Сивый кивнул.
— Я не лез в политику. Никогда. Но тут… договор был простой: деньги будут, если я почищу район. Уберу все точки. Все. До последней.
— Наркота, — тихо сказал Грачев.
— Да. Их это жгло. А некоторые, как ты понимаешь, от этого хорошо кормились. Даже из своих. И не только с улицы, — он посмотрел в окно. — Думаешь, всем это понравилось?
Макс слушал, делал пометки. На блокноте появлялись фамилии: Морозов, Сивый, ФСБ, контракт, точки.
— Ты с Морозовым лично встречался? — спросил Грачев.
— Конечно. Он не дурак. Он всё понимает. Только он — пешка. Там выше есть люди. Гораздо выше.
— Им выгодно, чтобы ты исчез?
Сивый пожал плечами.
— Кому-то — да. Кому-то нет. Кто-то, может, хочет просто взять под контроль мой бизнес. Или передать его «своим». А кто-то просто мстит за старое. Двадцать лет я на плаву, Миша. И вдруг — эта флешка. И ты.
Грачев ничего не ответил. Он смотрел на чашку с остатками кофе, думая, что вся эта история куда глубже, чем кажется.
Сивый посмотрел прямо в глаза:
— Скажи честно, ты веришь, что меня действительно хотят убрать?