Фантом остался на крыльце, глядя в темноту. Потом глубоко вздохнул, выкурил сигарету и ушёл спать в свою комнату.
В доме, за закрытой дверью другой комнаты, было тепло, лампа на прикроватной тумбе горела мягким светом. Макс сидел на краю кровати, задумчиво крутя в пальцах кулон, который он снял с шеи Анны — тонкий серебряный крестик.
послышался лёгкий стук. Он приподнялся. В щели двери появилась Анна — в длинной рубашке на голое тело, с растрепанными волосами и мягкой, уязвимой улыбкой.
— Ты в порядке? — тихо спросил Макс.
— Просто… сердце колотится. Я всё ещё не верю, что это моя жизнь. Что отец мёртв. Что меня чуть не увезли.
— Я понимаю, — прошептал Макс, вставая. — Но сейчас ты в безопасности. И я рядом. Пока ты захочешь, чтобы я был.
Она подошла ближе, медленно, будто боясь нарушить это хрупкое мгновение.
— А если я попрошу остаться навсегда? — спросила она, не глядя в глаза.
Макс прижал её к себе, нежно.
— Тогда я останусь. Пока бьётся сердце.
Они целовались. Долго, мягко, со вкусом соли и тепла. Он провёл рукой по её спине, она обвила его за шею. Тела соприкасались, будто два пазла, которые годами искали друг друга. Поцелуи становились всё глубже. Дыхание — тяжелее. Всё, что сдерживалось страхом и болью, прорвалось наружу.
Они медленно опустились на постель. Скрип кровати был единственным звуком в доме, не считая стука сердец. В этой ночи не было страха. Только доверие, страсть и что-то новое — едва зарождающееся чувство, за которое оба были готовы держаться до конца.
Глава 19. Визит к генералу
Уже три недели Макс и Фантом вели генерала Ковалева как по нотам. Не привлекая внимания, они следили за каждым его шагом — офис, встречи, магазин, дом. Место жительства подтвердили на четвёртый день: многоквартирный дом старого фонда на северо-востоке города, пятый этаж, квартира №48. Из охраны — только молодой лейтенант, сутками сидящий в машине возле подъезда.
Погода стояла промозглая — весна так и не могла решить, наступать или ещё подождать. Макс и Фантом сидели в припаркованной «тайоте», окна затонированы, приборная панель мерцала оранжевым светом.
— Уверен, он один? — Макс смотрел в бинокль, не отрываясь от движения на входе.
— Почти. За три недели — ни одного визита с охраной, ни конвоя. Только этот лейтенант в «Приоре», — хмыкнул Фантом. — Самоуверен. А значит — уверен в своей крыше.
— Думаешь, он в теме? — Макс повернулся к нему.
— Он не просто в теме. Я почти уверен, он — последняя связка с Морозовым. Вытянем его — получим все ответы. Кто заказал Сивого. Кто подставил меня. Кто следующий.
Макс задумался, постукивая пальцами по подлокотнику.
— Тогда сегодня ночью. Входим по-тихому. Свет вырубаем, контроллера усыпим, я жду у черного хода. Ты — наверх. С глушителем.
Фантом кивнул.
— Без крови, если получится. Но если нет — ты знаешь, что делать.
Они переглянулись. Этот разговор не нуждался в лишних словах.
Ночь окутала город плотным покрывалом. Где-то вдалеке гудела электричка, но в этом дворе царила тишина. Старый кирпичный дом возвышался над узким проулком, на фасаде — облупленная штукатурка, на подоконниках — ржавые решётки. Капли дождя скатывались по чугунным трубам.
Макс и Фантом перебрались через высокий металлический забор с лёгкостью опытных. Один за другим. Приземлились на клумбу, откуда уже давно исчезли цветы — остались только бурьян и пустые пластиковые бутылки.— Камера, — шепнул Макс и указал глазами на угол дома.
— Поворотная. Через минуту будет смотреть в другую сторону, — ответил Фантом. — Идём.
Когда камера медленно поворачивалась влево, они юркнули в тень и подошли к входу. Внутри, за грязным стеклом, дремал старик в вязаной жилетке — контролёр подъезда. Лоб прилип к стеклу, руки сложены на груди. На телевизоре в углу играла какая-то старая военная драма.
Фантом достал шприц с микродозой снотворного. Аккуратно приоткрыл дверь, подошёл к старику и аккуратно ввёл иглу в шею. Тот не шелохнулся — просто захрапел чуть громче.
— Готов, — кивнул Фантом.
Макс тем временем нашёл распределительный щит. Он щёлкнул выключателем — весь подъезд погрузился во тьму. Лампочки мигнули и сдались. Где-то сверху завыл лифт, остановившись между этажами.
— Я у черного хода, — Макс скрылся в темноте.
Фантом по памяти поднялся на шестой этаж. Подъезд в темноте казался мрачным и будто вымершим. Пахло сыростью, старым табаком и кошками. На стенах — граффити и облезлые объявления. На площадке над пятой квартирой он затаился в тени, вытащив из куртки «Beretta» с глушителем. Время пошло.
На улице заворчал мотор.