- Как это случилось?
Он опускает стакан. На левой ладони - татуировка-мандала, причудливо переплетённые чёрные линии. Предплечье обвила чёрная змея, выше силуэты обнажённых женщин, созвездий, растений.
И у него нет зубов, совсем нет зубов!
- Как ты... - я замолкаю. Это невежливо.
- Не помню! - рявкает беззубый. - Не помню, не знаю, вообще не понимаю, как это случилось. В понедельник я лёг спать. В четверг проснулся без зубов. Соседи сказали, что ночью я просто вышел из квартиры. И дверь за собой не забыл закрыть! - он смеётся. Звук абсолютно нормальный.
- То же со мной, - говорит одноглазая. - Я думала, что сошла с ума.
- И я...
- Мы все.
И - нет. Мне не становится легче. Я не хочу обнять их всех и высказать, что скопилось на душе. Но мне кажется, что мы понимаем друг друга.
Потому что я тоже проснулся однажды, а часть моего тела исчезла.
И... совсем забыл о бутылке. Все здесь поглощают пиво. Может, алкогольный дурман помогает не сойти с ума? Но когда я подношу горлышко к губам, все снова смотрят на меня. Даже бровь над стеклянным глазом удивлённо приподнимается.
- Ты не взял воду? - спрашивает мой бледный сосед. Редкие белёсые волосы, тихий голос, все органы, кажется, на месте.
Я не успеваю ответить, одноглазая подхватывает:
- Он не взял воду!..
- Но... - автомат с питьевой водой на входе не работал - свет внутри погас, стекло давно запылилось. И вода в баре, я бы не подумал...
- Тише вы!
Нарастающий ропот прерывает он. Уверенная и спокойная улыбка. Водолазка цвета грязного асфальта - явно не по погоде. И голос такой, будто хочет победить на следующих выборах.
- Он ещё не знает.
Глаза, зубы, пальцы - всё вроде бы на месте.
- Как тебя зовут?
- Руслан.
- А я Серафим.
Это точно пауза для вопроса. И я задаю его.
- Почему такое странное имя?
Губы дёргаются в мимолётной улыбке.
- Мои родители были сектанты.
Смеюсь, но тишина вокруг заставляет меня заткнуться. Или они сотни раз слышали эту шутку, или...
- Это не шутка?
- Нет.
Серафим легко качает головой. Одноглазая, улыбаясь, обнимает его за руку.
Интересно, что отрезали ему.
- Меня зовут Майя. Это Родион, - она показывает на беззубого. - И Вадим, - на моего бледнолицего соседа.
- Понятно, - всё же отпиваю немного из бутылки, пытаясь осмелеть. - И зачем вы собираетесь?
- Ты можешь узнать, где твоя рука. И ещё много интересных вещей.
Серафим пододвигает свой полупустой бокал ко мне.
- Начни пить воду, и ты поймёшь.
Я не могу взять бокал - единственная рука уже занята бутылкой. И странное у него пиво. Рыжая жидкость. Никакой пены. Мелкие частички чего-то кружатся внутри, оседая на дно.
- Это что... водопроводная вода?
Наконец я слышу их смех.
Только смеются они надо мной.
- Вы пьёте это ржавое дерьмо? Вы совсем ненормальные?!
- Нет, - беззубо шамкает Родион. - Это ты ненормальный.
- Ты ведь пьёшь эту гадость из бутылок, - подхватывает одноглазая.
- Она разрушает твой разум, - тихий голос сбоку.
И Серафим властным жестком показывает мне на дверь.
- Ты узнаешь всё, только когда начнёшь пить правильную воду. Сначала понемногу, не больше бутылки в день. Разум очнётся, и с тобой можно будет поговорить.
Говорить? Я даже не знаю, что ответить.
- Приходи, когда поймёшь.
Сам не замечаю, как оказываюсь у двери. Левая рука сжимает горлышко бутылки, правая - что-то эфемерное и далёкое.
Одноглазая кричит мне вслед:
- Заходи за книжками!
На этом встреча группы поддержки для меня заканчивается.
Ржавая вода из водопровода. Ей можно мыться и поливать растения. Но пить её категорически нельзя.
Каждый день я получаю в подвале дома трёхлитровую бутылку чистой воды - для еды и готовки. За всю жизнь можно ни разу не попробовать воду из-под крана. Да это и в голову никому не придёт - она же ржавая и вонючая, в ней какой-то мусор... Стоп.
Я вспоминаю бар, освещённый закатным солнцем. Кто-то кроме меня пил пиво из бутылки?
Сколько там было людей? Человек десять?
В горле резко пересыхает. Я хватаюсь за рюкзак - у меня была полупустая бутылка с собой... Но кроме книги, плеера и наушников там ничего нет.
Забыл ли я воду дома? Вытащили ли её в баре? Какая разница!
Автоматы с водой через каждые полкилометра: пара монет, и ты получаешь бутылку. В стекле я вижу своё отражение. Тёмная одежда и уродливый обрубок руки.
Это так сложно, тайно удалить органы целой компании людей. Нужна команда хирургов, деньги, да много чего! Это должна быть какая-то могущественная организация.
Может, вроде той, что продаёт чистую воду всему городу?