- Руслан, пожалуйста.
Но я, даже не представляя, чего он хочет, мотаю головой.
- Нет.
Я больше не могу. Сначала ночная прогулка, потом сирена и бегство. Это слишком много для одной ночи.
- Мне нужно домой, - не ожидая ответа, я пячусь назад. - Увидимся потом!
И я тоже сбегаю в темноту. Серафим остаётся один в ореоле жёлтого света.
Мы встречаемся у закрытых дверей магазина. Жалюзи опущены, лампочки над вывеской погасли. Серафим кивает, и мы идём дальше. Молча.
Я помню дорогу так хорошо, что прошёл бы с закрытыми глазами. Пять кварталов, три поворота, и вот мы у больницы. Водонапорная башня стоит рядом, такая же безмолвная.
Больница странно похожа на заброшенный книжный. Все двери заперты, на окнах металлические жалюзи. Объявления о закрытии или ремонте на дверях нет. И я не вижу рядом ни одного недовольного пациента.
Это так странно. Почему никто не обращает внимания? Я спрашиваю Серафима, и он долго молчит, прежде чем ответить.
- Из-за воды. Они приказали всем не удивляться через воду.
- Кто «они»?
Серафим кивает на закрытые двери. И выдыхает:
- Если она там, я её спасу. Но нужно торопиться.
Конечно, я тоже хочу спасти Майю. Но как - у загадочных «них» запертая больница, много людей и, наверное, оружие. У нас ничего.
Серафима это не останавливает. Он только повторяет:
- Нам нужно вырвать Майю из их когтей и быстрее. Я постараюсь всех собрать, сиди дома и жди звонка.
И конечно, он сбегает, не слушая моих возражений. Поэтому домой я иду один.
Жизнь в последнее время стала... Странной. Я загадочно потерял руку, связался с компанией ненормальных, забрался в закрытую больницу, где кто-то похитил мою подругу. Не в каждом фильме такое случается.
Дома я наливаю себе воды из-под крана и смотрю, как оседает ржавчина. Не знаю, куда себя деть. Раньше, когда я пил воду из бутылок, меня ничего не беспокоило. Нет, я не говорю о мелочах типа работы, девушек, и прочего. Я не думал, что делать со своей жизнью, не удивлялся и не боялся. Всё было хорошо и спокойно.
Потом я потерял руку, начал пить нормальную воду, и всё так быстро запуталось.
Что я могу сделать теперь?
Хлопает дверь в комнату Лиды. И сразу непривычный звук, будто что-то тащат по полу. Залпом допив воду, я выхожу в коридор, где вижу свою соседку с двумя чемоданами.
- Ты... - даже договорить не успеваю.
Она уверенно вскидывает голову.
- Я съезжаю! Прости, что раньше не предупредила.
Даже не знаю, что сказать. Мы с Лидой живём вместе уже лет пять, куда она сорвалась?
- Куда? Зачем?..
- Уезжаю в другой город: у меня уже хостел на первое время заказан. Знаешь, всегда хотела жить на юге, и тут наконец-то решила, что надо валить, - она говорит ещё что-то, но я уже не слушаю.
Она тоже перестала пить ту ненормальную воду. И вот срывается куда-то в неизвестность.
Я не верю, что это совпадение.
- ...надоело, всю жизнь так и могу провести на одном месте. Раньше я об этом не думала, а тут глаза открылись. И я решила, что надо ехать, пока смелая...
Леда всё говорит, а я замечаю, что у неё нет привычной бутылки с водой. Той водой, которой нам промывают мозг.
Чёрт, я даже ей завидую. У меня от нормальной воды только галлюцинации. А Лида смогла взять жизнь в свои руки.
- Всё, я опаздываю! Удачи тебе! Надеюсь, никакого психа не подселят, - она смеётся и уходит из моей жизни.
Я бы мог так же стоять и потрясённо смотреть на дверь, но вода начинает действовать.
Запираюсь в комнате, ложусь на кровать и вижу сон про свою отрезанную руку. А Майя где-то там, рядом с ней. Мы не успели стать хорошими друзьями, но всё равно я к ней привязался. И ещё я постоянно думаю о том, что это я привёл всех к больнице у водонапорной башни. Значит есть и моя вина в том, что её похитили.
Поэтому я постоянно хожу с Серафимом к больнице. И поэтому пью слишком много воды.
Я пытаюсь её найти.
Сознание отрывается от тела, и часть меня уже в больнице. Я сразу лечу дальше, вырываюсь в коридор, пытаюсь осмотреться. Предметы искажаются, стены будто падают на меня. Но всё равно я лечу дальше.
Это единственное, чем я могу помочь. Только те, у кого забрали орган или конечность, видят эти галлюцинации. И я призраком лечу по пустым коридорам больницы. Заглядываю в тёмные комнаты. Беззвучно зову.
Но совсем скоро меня тянет назад. И как бы я не пытался мысленно зацепиться за свою руку - ничего не могу сделать.
Я просыпаюсь на своей кровати, простыня мокрая от пота, у меня всё ещё одна рука. И Майя всё ещё потеряна в неизвестности.