— Послушай, — прошептал он, закрыв глаза.
Он имел в виду порывистую, драматическую с оттенком сплина мелодию, которую исполняла пара музыкантов, сидя на свежем воздухе. Парень играл на волынке, женщина перебирала струны кветарры.
— Вот! — показательно заметил Рор. — Это настоящая музыка Иридонии — та, что они играют для себя. Под настроение, от души. Да, мелодии кветарр и волынок могут показаться заунывными, но поверь мне: в сочетании с барабанами или же мощным мужским вокалом они поистине величественны. Потрясающая гармония!
Он подошел к паре музыкантов, присел рядом и начал отбивать ритм просто по грязной сковородке, на которой недавно жарил мясо. И, на удивление, это звучало музыкально. И по-мужски сурово. Дарт Мол вновь молча слушал, глядя на две луны в иридонийском небе. В голове даже звучал напев Рора об этих лунах и двух сердцах забраков. И все это было для него непривычно, странно, но пленяще. Ситх был погружен в размышления о том, что происходило в его душе, когда перед ним возникла молодая женщина. Та самая, что играла на кветарре. Музыка закончилась. Исполнительница стояла перед Молом и смотрела в его глаза, готовая раствориться в их янтарной бездне.
Этой забракской женщине было чуть за двадцать стандартных лет. Ее кожа имела цвет отшлифованной кости, а глаза ее были оранжево-желтыми, наполненными живым огнем. Узоры кобальтового цвета на ее теле состояли из плавных, но строгих линий. Густые волосы женщины были собраны в косу, доходящую до низа спины. Небольшого роста, стройная, аккуратно сложенная, она двигалась с грациозной легкостью и плавностью. Парень, игравший на волынке, был ее братом — это можно было прочесть по сходным линиям его синеватых татуировок. Он был явно моложе сестры. Этот худой зеленоглазый забрак с длинными растрепанными волосами стоял на пороге дома рядом с Рором.
Женщина так легко и быстро подошла к Молу, но рядом с ним, когда она встретилась с ним взглядом, ей стало сложно сохранять решительность. Ей понадобилось какое-то время, чтобы озвучить то, с чем она пришла:
— Мы с братом приглашаем вас на ужин.
Дарт Мол ответил ей кивком головы и последовал за ней к дому.
Кухня Иридонии пришлась ему по вкусу не меньше, чем ее песни, еще неоднократно прозвучавшие за столом во время этого ужина. Кроме этого, продолжалось обсуждение всевозможных достижений расы забраков и их связи с древними ситхами и Темной Стороной. В этих разговорах Рор — пламенный патриот своей родины — удерживал твердое первенство, хотя Дарт Мол смог убедиться, что все забраки были почитателями своей земли. Сам он предпочитал молчание.
В доме, куда его пригласили на ужин, ситха больше всего заинтересовало оружие. Очевидно, кто-то из этой семьи обучался военному делу. Как оказалось, это была женщина. Возможно, только этот факт вызвал у Дарта Мола некоторое уважение, и потому он запомнил ее имя — Никса.
Не так давно начинающая воительница приобрела ездового риика. Никса показала ситху этого зверя, загоном которому служила скальная пещера, закрытая решеткой. Риику уже нанесли татуировки — по древней традиции, согласно которой так устанавливалась связь между животным и его хозяином. Но трехрогий монстр еще был необъезженным. К удивлению Никсы, Мол бестрепетно вошел в загон и схватил разъярившееся животное за два боковых рога. В мускулистых руках краснокожего забрака была такая сила, а ноги его так прочно упирались в землю, что риик не мог сдвинуть его с места. Удерживая голову чудовища практически неподвижно перед собой, Дарт Мол немигающим суровым взглядом смотрел ему в глаза, и в этом взгляде было больше напора, чем в его руках или даже во всех мышцах его тела. Постепенно риик перестал пытаться вырваться, рычать и яростно раздувать ноздри. И когда забрак отпустил его, животное смирно стояло перед ним. Риик безропотно позволил ситху оседлать себя. Дарт Мол проехал на нем пару кругов вокруг дома, после чего подогнал риика к Никсе и подал ей руку. Прежде, чем принять его жест, женщина накинула на плечи накидку цвета спекшейся крови и повесила на плечо свою кветарру. И когда она тоже взобралась на спину покоренного ситхом зверя, Мол изо всех сил ударил риика ногами в бока, и тот тяжелым галопом помчался в пустынную местность у предгорья.
Уехав достаточно далеко от дома, забрак в черном остановил риика. Пара слезла со спины животного и присела на камнях на берегу бурлящей реки, спускавшейся с гор.
— Когда ты подошла ко мне, ты испугалась говорить со мной? — спросил Дарт Мол.
— Нет, — поборов растерянность, ответила Никса. — Просто ты очень высокомерный, даже по меркам забраков.