Как только я проговорила все это, мне тут же захотелось взять свои слова обратно. Никогда ни с кем не обсуждала Эмили и вдруг выболтала ее секрет. За двадцать лет я ни разу не предала ее. Даже когда Далила обнаружила, что она режет себя, и стала приставать с вопросами, я молчала как рыба. Теперь мне хотелось плакать, но я сдержала слезы. Не хватало еще, чтобы Томас увидел.
Он встал, пересел ко мне на кровать и обнял за плечи.
– Мне тоже было ужасно тяжело на первом курсе – целый год привыкал жить отдельно от родителей. Ей, конечно, еще труднее, я понимаю. Тут не за что осуждать.
В жизни не встречала человека, настолько не склонного никого осуждать. Пусть я ничего и не понимала в религии, но подумала, что из него должен получиться отличный пастор.
– Ты не должна винить себя за то, что не страдаешь, как она.
– Но я не могу, меня это постоянно грызет. Оплачиваю сама все счета и учусь на отлично – вроде бы надо радоваться, а мне стыдно. Как будто каждый день, уходя из дома, совершаю нечто ужасное. Мне стыдно даже за то, что я люблю тебя.
Он вскинул голову.
– Я так долго ждал, когда ты это скажешь.
Я нежно поцеловала его и отстранилась.
– Я люблю тебя.
Эти слова прозвучали странно и со второй попытки.
– Вот если бы ты теперь еще и к Богу обратилась! – рассмеялся он.
Я ткнула его кулаком в плечо, а он подался ко мне навстречу и обнял.
– Я тоже тебя люблю.
Остаток недели я словно летала над землей – я впервые влюбилась и блаженствовала, как показывают в старых романтических фильмах: девушка с лучезарной улыбкой танцует на облаках. Когда по радио заводили сопливую любовную песню, я не переключалась на другую станцию, а, наоборот, делала погромче и подпевала. Меня вдруг освободили из тюрьмы, в которой, как оказалось, я до сих пор томилась. Я всегда относилась к любви цинично, потому что не думала, что способна когда-нибудь влюбиться, а теперь, когда это все же произошло, была в восторге.
Я решила рассказать Эмили о Томасе в субботу, потому что в выходные, в моем присутствии, ее обычно немного отпускало. Даже если я утыкалась в компьютер или в учебник – неважно, ей просто нравилось сидеть со мной рядом. Наконец наступило субботнее утро, и, к моей радости, Эмили встала до полудня и села пить со мной кофе, что предвещало хороший день.
– Ты сегодня спала спокойно, – заметила я.
Она всего один раз пихнула меня ногой и не разговаривала во сне.
Эмили улыбнулась мне и закурила.
– У тебя много домашней работы на выходные?
– Не очень, – я покачала головой и указала на кучу открытых учебников на столе. – Только вот читать много.
Она схватила учебник по экономике и перелистнула несколько страниц.
– Буэ. Господи, просто ненавижу, когда много математики. Как ты можешь это читать?
Я пожала плечами.
– Не так уж сложно.
Она взяла другую книгу, «Модели психического состояния человека» – в этом семестре у меня был курс «Введение в психологию».
– А вот это другое дело. Это, пожалуй, и я бы почитала, – рассмеялась она. – Может, разобралась бы, что за хрень со мной творится. Там есть раздел о дегустации крови?
Она продолжала смеяться, но мне было не до смеха. Ее мания резать себя, хоть и жуткая, еще как-то укладывалась в голове, но то, что она делала со своей кровью, – это было омерзительно. За прошедшие годы она и пробовала ее на вкус, и писала ею, но в последнее время придумала нечто новое – стала наливать ее в бутылки из-под воды. Этот аспект ее болезни я решила игнорировать полностью. Я не хотела ни видеть это, ни говорить об этом. Даже с ней – и взглядом дала понять, что она переступила невидимую черту.
– Не смешно, – отрезала я.
Я уставилась в чашку с кофе, пытаясь найти нужные слова для начала разговора, предугадать, что скажет она и как ответить мне. Создалась новая для нас ситуация – раньше я никогда ничего от нее не скрывала.
– В чем дело? – прервала Эмили мои размышления.
Она видела меня насквозь.
– Я… – замялась я. – Мне так странно говорить об этом. Даже не знаю, с чего начать.
В ее глазах блеснул страх, и она откинулась на спинку стула.
– Ничего плохого не случилось, не волнуйся. Наоборот, это хорошая новость. – Я подалась к ней и сжала ее руку. Она вцепилась в мою. Я сделала глубокий вдох. – В общем, я познакомилась на работе с отличным парнем.
– Ну так сходи с ним на свидание.
Меня пронзило чувство вины.
– Уже ходила. Мы встречаемся некоторое время, – созналась я, удивленная ее ответом.