– Где они?
– Кто-о…
– Она!
Забыл сказать, что Константин Федорович вышел из комы и поправляется на домашнем режиме, иногда его проведывает Гузель.
– Там! – добровольно сдает жену трусливый супруг.
Но лоджия пуста, как голова потомственного либерала. Костоломы находят только надушенное женское белье да пустой цилиндрик из-под но-шпы. Стрюцкий задумчиво вертит в пальцах круглую крышечку с маленькими отверстиями для воздуха и с интересом рассматривает ажурные трусики-стринги.
– Искать!
Вооружившись лупами, все ползают по квартире, обследуя каждый сантиметр. Тщетно. Никого.
– Где-е они?! – орет Стрюцкий так громко, что надуваются вены на его шее и чернеет лицо.
Когда-то он служил в Пятом управлении КГБ и так же кричал во время допроса на машинистку, тайно перепечатавшую роман Солженицына. Придя с Лубянки домой, бедняжка повесилась от потрясения. Черевков, не дожидаясь, когда его начнут бить, добровольно выдал бриллианты, спрятанные в малахитовом унитазе с двойным дном. Тут раздается звонок в дверь.
– Т-с-с! – Стрюцкий прикладывает палец к губам. – Открыть!
Входит Гузель с фруктами и молочными продуктами. Она видит перепуганного Константина Федоровича, здоровенных незнакомцев с лупами и груду бриллиантов.
– Дебил! – кричит азиатка в истерике, выдавая всю свою кочевую суть. – Говорила же тебе – у меня надежнее будет! – и лупит опешившего любовника по щекам.
– Не будем мешать, – усмехается Стрюцкий. – Уходим!
В сущности, Юля и Кирилл ему уже не нужны. Он просто хотел посмотреть на эту неуловимую парочку, доставившую столько хлопот.
12. Возмездие
Дело в том, что хитромудрый Степан Митрофанович не выбрасывал лилипутин-форте в воду, он сделал вид, будто сдается на милость победителей, а на самом деле просто оттягивал время, чтобы успели скрыться Юлия и Кирилл. Стрюцкий знал Степана Митрофановича по совместным операциям КГБ и ГРУ, он его уважал, но потребовал инструкцию по применению препарата. Нелегал охотно объяснил, что таблетки и порошок действуют одинаково, это просто разные формы выпуска. При однократном приеме перорально происходит уменьшение, а при повторном – увеличение. Вот и все! Получив информацию, Стрюцкий захохотал в лицо генералу, выдал ему один патрон.
Митрофанович отошел в сторону, но не покончил с собой, а съел спрятанную таблеточку и исчез. Костоломы вытоптали траву окрест, надеясь приплющить крошечного разведчика, но тот уже скрылся в заранее облюбованной и проверенной кротовой норе. Такой способ отхода в случае провала был продуман в мельчайших деталях еще в начале 1990-х.
Впрочем, Стрюцкому наплевать, он за огромные деньги впаривает таблетки Чумазусу, а порошок передает американским хозяевам. И наступает час возмездия! Министр наномодернизации в Кремле демонстрирует успехи своего ведомства: сначала на глазах у всех уменьшается, и отцы Державы рассматривают его сквозь увеличительные стекла, словно татуировку на предплечье таракана. Затем Чумазус объявляет в наномикрофон, что сейчас вернется в естественное состояние, и съедает растолченный кусочек пилюли. На глазах Совбеза «аллерген русской истории» превращается в букашку, в мошку, в тлю, в микроб, в вирус, в стрептококк, в спирохету, исчезая навсегда…
В ЦРУ дело принимает совсем иной оборот. Получив от «Крепа» фиолетовый порошок и вознаградив агента, осторожные американцы сначала испытывают препарат на лабораторных крысах, которые вырастают до размеров саблезубого тигра, пожирают весь аналитический цвет Пентагона и, скрывшись в тоннелях метро, плодятся в немыслимом количестве. Теперь заокеанцам не до мирового господства, все силы брошены на борьбу со стремительно размножающимися тварями. Тысячи американских евреев с капиталами бегут в Россию, мы их принимаем как родных, особенно капиталы, встаем с колен, строго указываем Китаю его место, объединяем республики былого СССР в Империю Добра, прихватив Босфор. И человечество благодарно затихает в наших надежных объятиях!
А Стрюцкий страшно наказан за свою жадность. Взбешенные америкосы вызвали его в Вашингтон якобы для вручения ордена Пурпурного Сердца и сбросили в тоннель к ненасытным мутантам. Хр-р-рям!.. Из открытого люка донесся страшный вопль, а потом послышались хруст и чавканье, словно там, внизу, заработала огромная мясорубка. Генерал Снарк смахнул с начищенного ботинка каплю крови, приказал заварить крышку люка и зашагал прочь. Его ждали на экстренном совещании начальников штабов, предлагавших накрыть атомными ракетами Вашингтон и еще парочку штатов, как Хиросиму, пока жуткие твари не перебрались в другие города…