– Я чувствую тебя… – шептал он.
Его голос расходился по ней мурашками.
– А я тебя…
– У тебя такая нежная кожа…я и забыл…
Лина развернулась, добродушно улыбаясь и утаивая, что раньше кожа такой вовсе и не была. Это нынешний образ жизни – скрабы, дорогие масла для душа, уходовые крема для тела, обертывания, баня, регулярные поездки на море и к солнышку. Да и в питании обилие дорогих и качественных фруктов, овощей, ягод круглый год делали свое дело. Раньше, когда они с Ромой состояли в отношениях, ей и не снился такой уровень жизни. Казался непозволительной роскошью, недостижимым. А теперь стал ее нормой.
Она увлекала мужчину в спальню, нетерпеливо снимая его футболку. Повалила на кровать, залезла сверху и заездила щеками по его торсу, по волосам на груди, заездила всем телом по его телу, как давно мечтала, вздрагивая от соприкосновения своих сосков с его кожей.
– Хочу тебя всего целовать…
Она стала жадно облизывать его тело, впиваясь пальцами. Его шею, плечи, руки…целуя и покусывая.
– Это я хочу тебя всю целовать, – перевернул он ее, наваливаясь на девушку всем своим весом, также жадно, по-животному, облизывая все ее тело.
Его пальцы настырно провалились к ней в рот и она послушно посасывала их. Он вошел в нее, нависая над ней медведем. Ей нравилось чувствовать себя маленькой и беспомощной под ним. Он проталкивался вглубь, рыча от возбуждения. Каждая его фрикция пронизывала ее до макушки, заполняя до краев той страстью и похотью, что фонтанировали из него. И даже так она не могла насытиться им, а он ею.
– Моя, моя, моя… – шептал он ей рыком и неаккуратно лизал по губами и щекам диким зверем.
Слова его пронизывали еще глубже, чем член.
– Ты моя девочка…ты моя любимая… – говорил он и слегка придушивал ей хрупкую шейку, снова страстно целовал и снова произносил, – моя, моя, моя.
Тогда она начинала, как под гипнозом, соглашаться:
– Твоя, твоя, твоя.
Это, кажется, возбуждало ее сильнее всего остального. Это, кажется, было самой главной, самой тайной и непризнанной ее сексуальной фантазией – быть его.
Яркий оргазм взрывался в ее теле праздничным фейерверком, заставляя красиво извиваться под ним. Он ускорился и тоже кончил ей на животик, на грудь…
Девушка смотрела на свое тело заворожено. Возбуждало быть испачканной его спермой, чувствовать своей кожей ее теплую, липкую…как видимое доказательство, что она – его. Как видимое доказательство, что он к ней чувствует. Словно картина-откровение, нарисованная вместе. Запечатленная страсть, похоть, любовь и доверие его красками на ее холсте.
Утром Лина проснулась с сияющей улыбкой и уже немного возбужденная вчерашними событиями. Жаль, проснулась не в Роминых объятиях, ему пришлось уехать по своим обстоятельствам. Но все равно каждая клеточка ее организма была наполнена безусловным счастьем, как соты в улье сладким свежим ранним акациевым медом.
Первым делом она потянулась к телефону. Обычно он с утра уже что-нибудь писал, но сейчас было еще рано. Попозже напишет. Она открыла его аватарки, умилительно любуясь ими. Какой же красивый это мужчина…какой притягательный. Самый притягательный из всех миллиардов на Земле.
По телу бежала легкая дрожь от фантомных ощущений его поцелуев, прикосновений и секса с ним. Она чувствовала все снова почти наяву.
Нет, без него она и не жила. Никто и никогда не мог подарить ей столь же ярких эмоций, столь глубоких ощущений. Одно его легкое прикосновение пальцев уже лучше, чем все, что с ней когда-либо делали другие. Одно его жаркое дыхание. Один его вожделеющий взгляд, переворачивающий все ее нутро, тревожащий душу и заставляющий сердце биться чаще. И только так, с ним, она, наконец, чувствовала, что по-настоящему жива.
Пока его не было, она и забыла, что такая сила ощущений, чувств и эмоций вообще возможны. Будто выдумала все это сама, будучи молоденькой мечтательной девчонкой. А потом убедила себя, что только выдумала их.
Сейчас она вспоминала, как после заточения на месячный карантин, она была поражена впервые выйдя на улицу и вдохнув воздух! Дома она, оказывается, не дышала, хоть и регулярно проветривала и даже «гуляла» на балконе. Настолько воздух обильно заполнил ее ошарашенные отвыкшие легкие.
Теперь же и с Ромой она была поражена знанием, как дышится с по-настоящему желанным мужчиной. Без него она и не дышала вовсе. Зачем же они потеряли столько времени? Столько лет врозь… Когда можно было все это время ДЫШАТЬ.