- На более качественную обработку нет времени, - холодно заметил Лис. - Так или иначе, приказ выполнен.
- А если он что-нибудь не то ляпнет?
- Заткнём заклинанием немоты и все дела, - заявил Пепел, и фантоши согласно закивали.
Эстениш не понял, о чём они говорят. Да и вообще, думать не хотелось. Юноша позволил одеть себя, вложил руку в ладонь Нырка и поплёлся за ним, решив, ни во что не вмешиваться, а просто плыть по течению. "Авось всё само утрясётся. Как обычно, - подумал он и вдруг понял, что это единственно правильное решение. - Точно! Я поступал так и раньше. Вот и хорошо". Эсти почувствовал облегчение, словно жизнь его вернулась в привычное, спокойное русло, и улыбнулся:
- Я готов, хамир.
Утро выдалось на удивление тёплым. Окна столовой были распахнуты настежь, позволяя ароматам цветущего сада витать по залу, смешиваясь с запахами изысканных блюд, травяного чая и свежесмолотого кофе. Сетраш Анран и Грониш Зартар в одиночестве сидели за накрытым столом. На лицах - терпеливое ожидание, в душах - тревога. С того момента, как нога наследника сатрапа переступила порог дома Совета, они потеряли контроль над ситуацией. Тщательно спланированный протокол пребывания тиратской делегации в Бершане вроде бы соблюдался, но ощущение надвигающейся катастрофы старейшин не отпускало. Более того, росло с каждым часом. Даже чистая, белоснежная скатерть, покрывающая сервированный к завтраку стол, казалось подёрнутой серой мутью беды. И лица у слуг мрачные и задумчивые, ни одной угодливой и приветливой улыбки, а ведь это лучшие из лучших…
Говорить не хотелось, даже о странном утреннем пробуждении, когда щекотало ноздри и покалывало горло. Ясно, что не обошлось без магии, но чьей? Можно было обвинить Дигнара и его свиту, но старейшины не спешили с выводами. В конце концов, Миганаш Теригорн, один из сильнейших магов Ликаны, не поднял тревогу, а, значит, и старейшинам дёргаться ни к чему. Вот уедет треклятый тиратец и всё разъяснится. Обязательно!
Непонятно только: почему никто не торопится на прощальный завтрак? С Дигнаром ясно: чего ещё ожидать от невоспитанного, избалованного наследника сатрапии, но Миганаш? Глава Совета отличался прямо-таки маниакальной пунктуальностью, а сегодня опаздывал уже на двадцать минут.
Сетраш и Грониш переглянулись и вновь уставились на двери. В голубой столовой, выбранной Миганашем для исторического завтрака, их было три. Одни вели в жилое крыло, другие - в коридор, ведущий в святая святых - зал заседаний и библиотеку, а третьи - в гостевое крыло, оккупированное нынче тиратцами. Правда, нежеланные гости вели себя на редкость тихо. Конечно, на церемонии бракосочетания и на балу они пили и веселились наравне с ликанцами, но, вернувшись в гостевое крыло, мгновенно превращали свои временные обиталища в маленькие неприступные крепости, точно держали оборону не только против хозяев, но и друг против друга. Тиратцы почти не покидали своих комнат, но и к услугам местных слуг не прибегали, предпочитая обходиться фантошами. Чёрные тени, время от времени скользящие по коридорам, до дрожи пугали ликанцев, словно бойцовые псы, оставшиеся без намордников, поводков и хозяев.
Но, слава Солнцу, сегодня кошмар закончится. Ещё немного и Бершан вздохнёт свободно. Вздохнёт и будет решать, как жить дальше. Скорее бы! Столько проблем накопилось, столько вопросов… Двери со стороны гостевых и жилых покоев распахнулись одновременно. Грониш и Сетраш облегчённо выдохнули (бессмысленное ожидание им порядком надоело) и с любопытством оглядели вошедших.
Дигнар сменил цвета Ликаны, в которых щеголял весь вчерашний вечер, на тиратские - сине-золотые. Его наряд был вызывающе роскошен, а от драгоценных камней - рубинов, сапфиров и бриллиантов - слепило глаза. На фоне гостя Миганаш и Морика смотрелись ослепительно просто: скромные зелёно-белые наряды, украшенные лишь тесьмой и вышивкой. За спиной Теригорна ледяной скалой красовалась эльфийка: холодное бесстрастное лицо, снежно-белое, словно сотканное морозом платье. К Тель, как потерявшийся, испуганный щенок, жалась Гедерика. Растерянный взгляд чёрных глаз, точно кричал: "Это происходит со мной? Быть того не может! Ущипните меня!"
Зять и тесть остановились друг напротив друга, как готовые к схватке воины, которые ещё не вытащили мечи и пользуются последней возможностью изучить и оценить противника. Затянувшееся молчание, настороженные взгляды.
- Всем доброго утра, - не выдержал Грониш.
Старейшина постарался сделать голос максимально вежливым и доброжелательным, и его усилия оправдались: Дигнар и Миганаш расцепили взгляды, и на их губах заиграли церемонные улыбки.
- Приветствую тебя, зять, - миролюбиво произнёс Теригорн.
- Приветствую тебя, тесть, - с той же интонацией ответствовал Дигнар, коротко поклонился Морике и плотоядно оглядел Гедерику. - Рад, что ты всё-таки пришла, драгоценная.
Фраза прозвучала как-то двусмысленно. Грониш и Сетраш озадаченно переглянулись и посмотрели на Геду, но та как ни в чём не бывало ответила мужу что-то нейтральное и присела в глубоком реверансе. Старейшины успокоились, но их спокойствие длилось всего несколько секунд: Морика Теригорн мило улыбнулась тиратцу, обвела пристальным взглядом фантошей и светским тоном заметила:
- Мы тоже рады видеть Вас да ещё в сопровождении всех пятерых фантошей.
А дальше старейшины впали в транс, потому что надменный тиратец откинул голову и расхохотался звонко и весело, как мальчишка.
- Один-один! - воскликнул он и без приглашения направился к столу.
Глава 12.
Рассвет теплился нежно-розовым, словно неспешно распускающийся бутон маргаритки. Влажная от росы трава блестела прекрасней драгоценных камней, а пробудившийся с первыми лучами солнца ветерок копошился в редкой листве и легонько теребил гривы коней.
Столица осталась позади, смазанным росчерками промелькнули несколько деревень, перемежающиеся ровными полосами вспаханных полей, и перед всадниками во всей своей величественной красе раскинулся Бершанский лес.
Гедерика вздохнула от облегчения, когда Оникс перевёл своего могучего жеребца на мелкую рысцу. От бешеной скачки тело ломило, голова неприятно ныла, а пятая точка превратилась в сплошной синяк. Геда, как почти все ликанские девушки, умела ездить верхом. Она часто совершала конные прогулки вместе с няней или подругами, но то, что устроил фантош, больше походило на пытку. Первые полчаса Гедерика даже не успевала разглядеть, где они едут - окружающий мир сливался в одно дрожащее полотно. "А ведь это только начало путешествия". Затея Каломуша стала казаться неисполнимой, захотелось развернуть коня и поехать домой, в привычный уют, пусть и осквернённый присутствием новоиспечённого мужа. Но мысли мыслями, а Геда продолжала ехать вперёд, чутко прислушиваясь к шумному, немного рваному дыханию Белоснежки и стараясь не смотреть на огромные деревья, простирающие голые серые ветви над лесной дорогой.
В Бершанском лесу весна ещё не вступила в свои права. Здесь не было магов, способных заклятием пробудить природу от зимнего сна и ускорить появление почек и листвы. На мягкой буро-чёрной земле истлевшим ковром лежала прелая листва, сухие ветки кустов, точно худые, измождённые руки, тянулись к небу в поисках света и сгибались под немыслимыми углами, натолкнувшись на грозные, беспощадные стволы гигантских деревьев.
- Уныло и омерзительно, - пробормотала себе под нос Гедерика и перевела взгляд на абсолютно прямую спину спутника. - Оникс!
Фантош обернулся, и в травянисто-зелёных глазах Геда ясно прочитала досаду. "Ждёт, что я жаловаться и ныть начну. Ну… он не далёк от истины". Девушка вздохнула и отвела взгляд:
- Давай остановимся.
- Зачем?
Резкость тона, с которой был задан вопрос, заставила Гедерику упрямо скривиться:
- Я хочу отдохнуть!
- Хорошо. - Эльф отпустил повод, скрестил руки на груди и равнодушно посмотрел на ликанку: - Можешь даже поспать. Проснёшься и сразу упадёшь в объятья мужа.
- Мне нужно всего несколько минут!
- Да, пожалуйста. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.
Гедерика обиженно надулась, ударила пятками кобылу и поскакала вперёд, решив, как можно дольше игнорировать фантоша. Но не тут-то было. Оникс моментально нагнал её и схватил Белоснежку под уздцы: