- Добрый день, молодой человек, - повторил гном, но на этот раз шляпу приподнимать не стал. Немного подождал, нахмурился и, поняв, что ответа не услышит, обиженно осведомился: - Язык что ли проглотил? Или демонстративно хамишь?
Оникс дёрнул плечом: мол, понимай, как знаешь, и, продолжая смотреть на эльфа, осторожно потянулся к хамиру.
- Она без сознания, - неожиданно произнёс ушастый, шагнул к Гедерике, но перед ним вырос фантош:
- Не подходи!
Сжатые кулаки и пылающие яростью глаза заставили федерала замереть. Он в замешательстве смотрел на измотанного, полуживого мальчишку. Бледный, под глазами чёрные круги; золотисто-каштановая коса растрёпана; на лице и руках поджившие красные полосы. "Великий лес! Как он собирается драться со мной?.." Эльф сомневался, что в таком состоянии родич вообще способен колдовать. Зато Оникс сомнений не испытывал, ибо не мог противиться установкам, что заложил в него мастер Кальсом. А "защищать хамира до последнего вздоха" была главной из них.
- Ага, заговорил наконец, - проигнорировав агрессию родича, эльф тепло и дружелюбно улыбнулся: - Может, познакомимся? Меня Йоль зовут, а тебя?
Федерал потерял интерес к Гедерике, и желание убить его исчезло. Оникс немного успокоился, вгляделся в доброжелательные голубые глаза, и тут до него дошло, что и каким тоном спросил эльф.
"Как с маленьким! Он что, как Дигнар, считает меня юным трепетным созданием? Бред какой-то!"
По сердито сдвинутым бровям Йоль понял, что избрал не совсем верную тактику, и следующую фразу произнёс сухо и твёрдо:
- Если хочешь, чтобы мы помогли девчонке - назовись!
"Ответить? Да ни за что! Представляться родичу кличкой унизительно. Оникс! Как домашнее животное!" Фантош побледнел, а травянисто-зелёные глаза упрямо блеснули.
- На этот вопрос может ответить только хамир! Правда, придётся подождать.
- Эта девочка - хамир? - подал голос гном и ошалело посмотрел на напарника: - Что происходит, Йоль? Почему нам не сказали?
- Заткнись, Найлин!
Оникс презрительно скривился. Он с самого начал не верил, что федералы оказались в чаще Бершанского леса случайно, и чудесное спасение от их рук воспринимал как ловушку. Оставалось выяснить, кто эту ловушку расставил, и предположения у него были.
- Вас послал Каломуш?
Федералы перестали пялиться друг на друга и дружно повернулись к Ониксу. Но если эльф лишь мрачно сдвинул брови, переваривая слова фантоша, гном вновь проявил несдержанность.
- Секретарь совета Ликаны? С какой стати? - изумлённо воскликнул он, и Йоль закатил глаза от досады:
- Прекрати болтать, Най! Переговоры никогда не были твоей сильной стороной.
- Да и у тебя не слишком хорошо получается, как я погляжу!
Пока федералы препирались, Оникс кинул тоскливый взгляд на ноги в серых чулках и коричневых полусапожках, торчащие над тушей Белоснежки. Мелькнула мысль, что дочери главы совета Ликаны и жене наследника великой сатрапии не пристало валяться на земле с задранной юбкой, но фантош прогнал её как неуместную и сосредоточился на противнике. "Может, всё-таки ударить? Нет! Не хочу потерять контроль над ситуацией и, как ликанка, провалиться в беспамятство!"
Оникс мысленно выругался и, глядя на эльфа, которого считал главным в тандеме, прорычал:
- Что вам надо?!
Йоль погрозил напарнику кулаком и спокойно произнёс:
- Отпираться и делать вид, что мы проходили мимо, бессмысленно, поэтому скажу как есть: мы здесь, чтобы сопроводить вас на земли Федерации.
- Спасибо, нет. Мы доберёмся сами.
Эльф картинно вздохнул, всем своим видом показывая, что прилагает героические усилия, чтобы чинно беседовать с нерадивым юнцом, и отеческим голосом продолжил:
- Отрицать, что вам нужна помощь, неразумно. Посмотри на себя, ты же еле на ногах держишься, а твоей спутнице и вовсе без целителя не обойтись. И чем дольше ты тянешь время, тем вероятнее, что Гедерика Теригорн умрёт. Я чувствую, как её дыхание слабеет…
Оникс мгновенно развернулся и поплёлся к хамиру. Связь между ними выглядела тусклой дрожащей нитью, но в её прочности фантош не сомневался. Однако слова Йоля заставили его по-новому взглянуть на выходку лохматого мага. "Ведь чувствовал, что он напортачил со связью, а проверить не удосужился! И времени было полно, так нет же, повёл себя как мальчишка… Не злобствовать надо было, а изъян в связи искать! Впрочем, теперь без разницы: если хамир при смерти, то и мне недолго осталось!"
- Нервный он какой-то, - пробурчал гном, глядя в спину юноше. - Всегда считал, что создания Кальсома флегматичны, как жабы, а этот… - Йоль пожал плечами и пошёл следом за родичем. Най нагнал его и, продолжая бурчать, зашагал рядом. - Ну да, ну да, сначала девчонка. Чувствую, влипли мы, приятель. Хорошенькое задание: проводить детишек в Федерацию. Тоже мне детишки. Хамир с фантошем!
- Мы знали, что он беглый фантош.
- Вот именно, что беглый. Сам по себе! А оказывается, у него хозяин имеется. Что если мы девчонке не понравимся?
- Она ликанка.
- Она подросток. Капризы, нежелание слушаться старших и прочее. А мальчишка по ней явно сохнет. Как только ты ляпнул, что она умирает, он к нам спиной повернулся. Совсем страх потерял!
- Он подсознательно чувствует, что мы не враги.
- А если он всё же нападёт?
- Вырубим.
- Больно гладко у тебя выходит, - возмутился гном. - Он же фантош!
- А, по-моему, это ты всё усложняешь. - Эльф остановился и с укоризной взглянул на напарника. - Не узнаю тебя, Най. Куда подевалась твоя хвалёная гномья выдержка?
- Я разведчик, а не нянька!
- Так сказал бы об этом раньше.
- И что изменилось бы? В Бершане только мы с тобой были.
- Тогда тем более не ворчи.
Эльф поправил лук и посмотрел на фантоша. Юноша стоял над дочерью главы совета и нервно теребил полу куртки. Почувствовав на себе пристальный взгляд, он обернулся, раздражённо зыркнул на федералов, потом подхватил Гедерику под руки и оттащил от окровавленной туши. Девушка и в самом деле была чуть жива. Сухие, посиневшие губы то и дело приоткрывались, словно она хотела что-то сказать, а на плотно сомкнутых ресницах дрожали хрустальные бисеринки слёз. "Может и к лучшему, что она без сознания, иначе кричала бы от боли". Фантош скатал куртку, пристроил её ликанке под голову и уселся рядом. Остановившись неподалёку, федералы о чём-то заспорили, но Оникс запретил себе прислушиваться. "Лишь бы хамир выжил, с остальным разберусь!" Он внимательно осмотрел девушку, легко, почти не касаясь, провёл пальцами по воспалённым красным полосам и прикрыл глаза. Сил по-прежнему было катастрофически мало, но подпускать федералов к хамиру Оникс не собирался. Медленно, по капле, он отдавал жизненную силу Гедерике, стараясь не пересечь черту, за которой ждёт небытиё, но едва в голове закрутилось: "Я рядом. Я умру ради Вас, ибо Ваша жизнь бесценна" - фантош впал в транс, забыв обо всём, кроме благополучия хозяина. Дыхание девушки постепенно выравнивалось, красные полосы бледнели и исчезали, а нить связи приобретала ровный серебристый оттенок. Оникс улыбнулся. Тело слабело, душа ликовала. "Хамир будет жить! Я выполнил свой долг, мастер!"
- Что он творит? - внезапно воскликнул Най и ткнул пальцем за спину напарника.
Йоль замолчал на полуслове, обернулся и разинул рот: родич с блаженной улыбкой на устах отдавал свою жизнь ликанской девчонке.
- Его надо остановить!
Гном подбежал к фантошу и замахнулся кулаком, намереваясь отправить его в нокаут, но "умирающий" ловко увернулся от удара, вскочил на ноги, смазанным, едва уловимым движением скользнул Наю за спину и сомкнул пальцы на его горле. Раздался сдавленный хрип, и Йоль с ужасом осознал, что вот-вот лишится друга.
- Стой! - выпалил он, метнулся к родичу и врезался в него всем телом.
Все трое полетели на траву. Йоль приземлился сверху и вцепился в руку фантоша, пытаясь оторвать её от шеи напарника. Гном хрипел, синея на глазах, и это придало эльфу сил: издав звериный рык, он разжал холодные цепкие пальцы. Най откатился в сторону, упёрся лбом в землю и зашёлся в кашле. Йоль же уселся верхом на мальчишку, прижал его руки к земле и заглянул в перекошенное яростью лицо: