- Остынь! Он хотел тебе помочь.
- Пусти! - сквозь зубы прошипел фантош и попытался скинуть с себя родича, но замер, услышав знакомый голос:
"Оникс".
Забыв о федерале, Оникс извернулся и посмотрел на Гедерику:
- Я здесь, хамир.
Но девушка не пошевелилась. Да и в сознании вновь стало пусто и тихо. Выругавшись, фантош опустил голову на траву и посмотрел на родича:
- Отпусти.
- Если пообещаешь не драться.
- Он меня спровоцировал.
- Согласен, - серьёзно кивнул Йоль. - Он больше не будет.
- В таком случае, инцидент исчерпан.
Эльф кивнул и поднялся на ноги:
- Может, скажешь, наконец, своё имя?
- Не вижу смысла, - буркнул фантош и сел. - Вы думаете, что мы действительно будем путешествовать вместе?
- Ты ничего не решаешь! - поднявшись с колен, мстительно заявил гном. - Вот очнётся хозяйка и скажет, с кем она поедет дальше!
- Най!
- Что Най? Так и будем перед ним прыгать? Да кто он такой, чтобы…
Гном оборвал фразу, махнул рукой и направился к мёртвому жрецу, а Оникс уронил голову на грудь: бородатый гад был решительно и бесповоротно прав. "Совсем я распоясался. Дигнара с Кальсомом на меня нет. Они бы быстро мозги вправили!" Стараясь не встречаться с родичем взглядом, фантош встал, отряхнулся и подошёл к Гедерике. Девушка спала, хмуря тонкие чёрные брови, словно что-то напряжённо обдумывала во сне. Выглядела она значительно лучше: красные полосы на коже исчезли, на щеках проступил здоровый румянец. Если бы не грязная от слизи и земли одежда, можно было подумать, что она просто устала и прилегла отдохнуть.
Фантош опустился на корточки и осторожно потряс её за плечо:
- Гедерика.
Ни на голос, ни на прикосновение девушка не отреагировала. Оникс устало вздохнул, уселся на землю и приготовился ждать. Сколько потребуется. "Я ничего не могу изменить. Если погоню выслали, скоро она будет здесь. Дигнар возьмёт нас тёпленькими. - Вспомнив о бывшем хамире, фантош отвёл взгляд от лица Гедерики и вздохнул: - Наследник никогда не смирится с тем, что я буду принадлежать ликанской шлюшке. Он потащит нас в Геббинат, а это конец! Кальсом узнает мои тайны, и я забуду о мести". От этой мысли стало горько и страшно. Перед внутренним взором встали шестеро юных эльфов, и под их укоризненными взглядами Оникс окончательно сник. Апатия липкой паутиной оплела сознание, и взгляд травянисто-зелёных глаз стал пустым и отрешённым.
Фантош вздрогнул, когда рядом с ним присел Йоль.
- Поговорим?
- О чём?
- О тебе.
- Нет.
- Почему? Ты необычный фантош. Все они - человеческие маги, а ты - эльф…
- Нет!
Оникс подался вперёд, положил ладонь на плечо Гедерики и жадно всмотрелся в её лицо. Больше всего на свете он желал, чтобы девушка немедленно открыла глаза и отвлекла внимание федералов на себя, дав ему время успокоиться и трезво обдумать своё положение. Йоль тоже взглянул на ликанскую магичку. Он не знал, о чём думает родич, но мысли их текли в одном направлении. "Хорошо бы она очнулась и объяснила, что с ним творится. Она должна знать! Никогда не видел, чтобы эльф был настолько замкнут в себе. Уму не постижимо! Как он, вообще, в Геббинате выжил?"
- Хочешь, я помогу ей проснуться? - предложил Йоль, но Оникс отрицательно покачал головой:
- Во сне организм лучше восстанавливается.
- Но у нас нет времени!
- Знаю. - Фантош погладил девушку по плечу и устало прикрыл глаза. - Я буду сражаться.
Йоль озабоченно провёл ладонью по лбу:
- Ты ведь служил Дигнару, так? И как никто должен понимать: он поднимет весь Тират, чтобы вернуть тебя. Один ты не выстоишь!
- Согласен. - Оникс выпрямился, сложил руки на коленях и, закинув голову, мечтательно уставился на бледно-голубой небосвод. - Дигнар не будет поднимать Тират. Хватит и остальных его фантошей.
- Сколько их?
- Четверо, - машинально ответил Оникс и вздрогнул: он вновь позволил себе расслабиться, а ведь рядом враг. "Проклятая усталость! Эх, поспать бы часок, тогда и с фантошами воевать можно!"
Тем временем Йоль обдумывал слова родича. Сражаться с четырьмя бойцами-магами дело сложное, но не из ряда вон выходящее. Однако, памятуя, как лихо мальчишка скрутил крепыша-Ная, и это при том что сам еле на ногах держался, вступать в противостояние с воспитанниками Ордена чистого духа не хотелось. Дело было за малым - уговорить фантоша прекратить сидячую забастовку и, двигаясь тайными тропами, убраться подальше от Бершана.
Йоль украдкой оглянулся: напарник сидел возле мёртвого жреца и с интересом рассматривал шрамы на его лице. "Най, - мысленно позвал напарника эльф. - Приведи лошадей. И вороного фантоша отлови".
"Думаешь, он поедет с нами?"
"Сам не поедет, заставим!"
Гном недоверчиво усмехнулся, выпрямился и зашагал прочь, попутно разметав белоснежным сапогом тлеющий костерок Теригорна. Йоль несколько мгновений смотрел в спину напарнику, а потом перевёл взгляд на родича. Юноша всё так же любовался небом. Но когда федерал присмотрелся внимательнее, то понял, что тот спит с открытыми глазами.
Упускать такой шанс было глупо. Сосредоточившись, Йоль потянулся к сознанию Гедерики и натолкнулся на сигнальный щит.
- Проклятье… - выдохнул он и с уважением посмотрел на фантоша.
"И всё же не в том ты состоянии, чтобы предусмотреть всё, мальчик", - усмехнулся про себя разведчик и аккуратно подправил и без того крепкий сон родича.
Тело нещадно ломило, дыхание рвало грудь, в голове грохотало так, словно ото лба к затылку низвергался каменный водопад. Гедерика застонала, попыталась открыть глаза и снова сомкнула веки, в надежде остановить вихрь золотистых звёздочек и пульсирующих пятен. "Что со мной произошло?" Смутно помнилось, как Белоснежка начала падать, а потом навалилась тьма. Кажется, в беспросветной давящей пустоте она слышала голос фантоша, но так ли это было на самом деле, поручиться не могла. "Неужели на нас напали? Дигнар?" От мысли, что она в руках мужа, Гедерике стало совсем плохо. Страх, липкий и нервирующий, закопошился в груди, норовя захлестнуть, опустошить, затопить рассудок.
С трудом подавив нарастающий приступ паники, девушка заставила себя открыть глаза и уставилась в небо. Чистое, без единого облачка, с тусклыми россыпями звёзд.
- Как Вы себя чувствуете? - прозвучало совсем рядом, и Геда на автомате повернулась.
Лучше бы она этого не делала! Камнепад загрохотал с новой силой, а перед глазами перед глазами вспыхнул рой разноцветных искр.
- Больно! - провыла девушка и яростно вцепилась в волосы, словно хотела их вырвать.
- Выпейте!
Крепкая рука обняла Гедерику за плечи, помогла сесть, и в ноздри ударил насыщенный травяной аромат. Тут же вспомнилось ласковое, улыбающееся лицо нянюшки, и девушка послушно глотнула настой. Цветочный вкус с оттенком липового мёда и тонкой ноткой дикой мяты. Настой остановил камнепад и погасил искры. Дышать сразу стало легче, ломота отступила, и Геда с благодарностью взглянула на своего спасителя. Да так и застыла, не в силах вымолвить ни слова. Рядом сидел гном. Молодой, но важный, в дорогом костюме и высокой шляпе, которая удивительно ему шла. Немного простоватое лицо лучилось добротой и состраданием, что бесконечно растрогало юную ликанку.
- Вам лучше? - низким баском поинтересовался федерал и, когда девушка кивнула в ответ, улыбнулся ещё шире. - Тогда разрешите представиться, Найлин Батор из клана Дальнего Рудника.
- Гедерика Теригорн, - с усилием выдавила из себя ликанка и, поёжившись, посмотрела по сторонам.
Они сидели на большой поляне, по краю которой бежал говорливый лесной ручеёк. В светлом ночном сумраке отчётливо виднелись густые заросли можжевельника, кусты орешника с едва проклюнувшимися листочками и с десяток могучих лип и дубов, поддёрнутых лёгкой зелёной дымкой. На отлогом склоне, почти у самой воды весело потрескивал костерок. Из медного, булькающего котелка тянулся аромат мясной похлёбки. "Тишь и благодать!" - вяло подумала Гедерика и встрепенулась:
- А где Оникс?
- Кто? - растерялся гном. - Ах, да. Вы о своём коне. Видите ли, Геда… Ничего, если я буду несколько фамильярен?