Дигнар покосился на притихшего, как мышь под веником, Нырка, знаком велел Лису и Змею подтащить ликанца ближе и, сдёрнув с его головы геб, ласково посмотрел в знакомые зелёные глаза:
- Что не так, Оникс? Не бойся, ответь своему хамиру.
Эстениш жалобно всхлипнул и бессильно уронил голову на грудь:
- Я не… Вы хотели её… А я… Это ужасно! - неожиданно связно выпалил он и, подгоняемый мыслью о том, что ему, наконец, позволили говорить, запричитал: - Я сам хотел бы знать, что со мной не так! Нет, не так! Я хочу понять, кто я. Я знаю, что Оникс, но тогда почему вы говорили эльфийке, что я сбежал? Я же здесь! Или не я? Я запутался! А, когда Вы хотели её… Я испугался! Зачем Вы так? Она же женщина! А с женщиной надо по-доброму. Так учил меня отец!
Эсти осёкся и, вскинув голову, потрясённо вытаращился на Дигнара. Нет, он не вспомнил, кем является на самом деле, но последние слова ошеломили. Юноша задрожал, не понимая, почему в его эльфийском сознании в качестве родственника фигурирует немолодой бородатый человек в запачканном мукой фартуке.
Наследник сердито зыркнул на фантошей и улыбнулся потерянному, раздавленному ликанцу:
- Соберись, Оникс. С тобой действительно происходит что-то странное, но это поправимо. Как только мы остановимся на ночлег, товарищи помогут тебе стать прежним. - Он обвёл угрожающе вопросительным взглядом фантошей, и те интенсивно закивали. - Всё будет хорошо, малыш, обещаю. - Дигнар похлопал развозчика по щеке и настойчиво спросил: - Ты веришь мне, Оникс?
Эсти нервно всхлипнул и расслабился, растекаясь под властным взглядом узких, змеиных глаз:
- Да, хамир.
- Вот и умница. Садись на коня!
Лис и Змей отпустили ликанца, и тот, пошатываясь, побрёл к своему жеребцу, на ходу натягивая геб.
- Нырок!
Фантош вмиг оказался рядом с Дигнаром. Его ощутимо потряхивало, а синие глаза источали ужас.
- Я снова разочарован. Благодари небеса, что мне некогда возиться с тобой. И запомни: если Оникс сорвётся ещё раз, я верну тебя в Геббинат!.. Всё, едем!
Нырок коротко поклонился и кинулся к Эстенишу. Пинками загнал в седло, вскочил на своего коня и вытянулся, как струна.
"Слишком много эмоций, - с досадой отметил Дигнар. - Нужно поговорить об этом с Кальсомом. Пусть его мастера поработают над этим вопросом. Игрушки не должны быть такими чувствительными. - Но тут ему вспомнилось смущённое лицо эльфёнка с взволнованными травянисто-зелёными глазами, лёгким румянцем на щеках, и губы невольно растянулись в улыбке. - Хотя, некоторым всё-таки стоит оставаться такими как есть. Но они должны быть редким исключением".
Примерно через полчаса наследник догнал кавалькаду и пустил своего серого жеребца рысцой. Он неспешно двигался вдоль колонны, останавливался, чтобы перекинуться парой фраз с кем-то из приближённых или тепло поздороваться с захудалым дворянчиком, невесть как затесавшимся в его свиту, и с удовлетворением понаблюдать, как загораются ревностью глаза тех, кого он обделил вниманием. "Пусть занимаются своими ничтожными дрязгами. Меньше будут за мной шпионить!"
Наконец Дигнар добрался до начала процессии и широко улыбнулся Шаниру, своему единственному и верному другу. Саттол ответил не менее широкой улыбкой, что-то быстро сказал отцу, широкоплечему пожилому мужчине с короткими седыми волосами и острым, немного длинноватым носом, и поспешил к наследнику.
- Появилось время поболтать? - с плохо скрываемой иронией спросил он и взлохматил русые курчавые волосы. - Я уж решил было, что семейная жизнь тебя затянула и старым приятелям пора в отставку.
- Да куда я без тебя, проныра. И потом, как я могу отлучить такого красавца от двора? Дамы меня растерзают.
- Что касается дам… - Шанир понизил голос и доверительно произнёс: - В следующий раз не стоит путешествовать в сугубо мужской компании. Нужно пересмотреть законы, Диги. Поездка без женского общества скучна и утомительна. Так и на фантошей заглядываться начнёшь.
Наследник рассмеялся, и его дурное настроение развеялось, как утренний туман. Он подмигнул другу и ехидно осведомился:
- С ликанками не срослось? Неужели ни одна не купилась на твою смазливую рожу и сладкие речи?
- Ну, почему же. Только все эти ликанки-пуританки холодные, как змеи, и закомплексованные. И на тайны падкие сверх меры! На фантошей пялились, как кошки на сметану. Идиотизм! Одну я прямо спросил: "Может, тебе с игрушкой моей переспать, раз так приглянулась?" А она, представляешь, зарделась и радостно говорит: "С удовольствием!" Я чуть язык от досады не проглотил. Ну, надо же! Получается, загадочность для неё важнее моего титула! Меня так и подмывало снять с Гризли геб и продемонстрировать его квадратную ряху со свёрнутым носом!
- Забавное было бы зрелище.
- Согласен. Хотел бы я посмотреть, как эта гусыня отбрыкиваться бы стала.
- Так ты её отшил?
- Вот ещё! Правда, удовольствия - пшик. В постели оказалась бревно бревном! Да и другие не лучше!
- Да… Трудная у тебя жизнь, Шани.
- И не говори.
Неожиданно наследник наклонился к другу и прошептал ему на ухо:
- Вечером жду у себя.
Шанир кивнул и, как ни в чём не бывало, продолжил:
- Не у меня одного жизнь тяжёлая. У тебя, дружище, тоже не сахар. Блюсти пост, имея под боком жену, то ещё удовольствие.
- Это точно.
- Но, по крайней мере, она у тебя ничего, милашка. Подрастёт - красавицей станет.
- Специалист!
- А то!
- Ладно, - вздохнул Дигнар, которого разговор о Гедерике начал раздражать, - поеду, проведаю супругу.
- Удачи!
Шанир вернулся к отцу, а наследник пришпорил коня и в два прыжка оказался во главе процессии. С независимым видом кивнул Тель, подмигнул псевдо-Гедерике и завёл с дамами ничего не значащий разговор, мысленно представляя, как медленно вливает в рот пойманной супруге расплавленный свинец…
На закате дня ликано-тиратская процессия достигла маленького городка Саркан и почти полностью оккупировала его. Гости заняли не только постоялые дворы, но и дома горожан, заранее предупреждённых о предстоящем нашествии. Наследника сатрапа и его юную супругу разместили в особняке Совета Саркана, двухэтажном здании с арочными окнами, изящными балконами и покатой жёлтой крышей.
В холле особняка Дигнар в цветастых выражениях распрощался с женой и удалился в приготовленные для него покои, заранее предупредив? что ужинать будет в одиночестве. Видеть пышущее ненавистью лицо эльфийки не хотелось, да и самозванка раздражала до колик в животе. Оказавшись в тишине уютных апартаментов, наследник с удовольствием избавился от пыльной одежды, принял ванну и, накинув длинный махровый халат, развалился на диване перед сервированным к ужину столом. Жаркое в тёмном глиняном горшочке выглядело восхитительно, зелень благоухала свежестью, а со вкусом разложенные салаты и закуски заставили рот наполниться слюной. Но прежде чем накинуться на угощение, Дигнар решил разобраться с насущными делами. Подозвал фантошей и, когда те выстроились в ряд, уточнил:
- Вам хватит ночи, чтобы привести Оникса в норму?
Игрушки переглянулись, решая, кто будет отвечать, и дружно посмотрели на Пепла. Серохвостый вздохнул и произнёс:
- Если всё пойдёт нормально, и пары часов хватит.
Дигнар ощутил исходящую от него неуверенность и нахмурился, но потом решил, что нервировать мальчиков перед работой не стоит. Да и выбирать не приходилось: в его распоряжении был только Эстениш, единственный и неповторимый. Конечно, можно снова отправить фантошей на поиски, наверняка, хоть один подходящий типаж отыщется, но очередное похищение может привлечь ненужное внимание.
- Поешьте и начинайте, - миролюбиво произнёс Дигнар и, не сдержавшись, добавил: - Надеюсь, в этот раз получится лучше.
Фантоши поклонились и все, кроме Лиса, отправились в смежную комнату. Лис же присел на корточки у стены, положил ножны с мечами на пол и замер, как статуя. Дигнар посмотрел на часы, прикинул, что раньше чем через час Шанира ждать не стоит, и приступил к еде.
Саттол ввалился в апартаменты наследника, когда тот, закончив ужинать, вытирал губы тонкой батистовой салфеткой.
- Ого! Вот это я понимаю любопытство! Ты от ванны отказался или ужин пропустил?