Увиденное на кухне меня поразило. Затуманенность и мечтательность во взоре Маринки я могла понять, у глупой девочки создан в голове романтичный образ плохого парня. Но вот сияющие лица родителей…
Илья сидел на табурете. В домашних тапках. Капец… Почему они вообще пустили его в дом, выдали ему тапки и угощают рыбным пирогом, который испекла я? Хорошо бы у него оказалась аллергия на рыбу.
– Привет, Настёна, – как ни в чем не бывало здоровается со мной мерзавец.
Стараюсь на него не глядеть. Не отвечаю и перевожу рассерженный взгляд на родителей.
– Доченька, что же ты не сказала нам, что с таким важным человеком знакома? – улыбается папа. – Боялась, не разрешим тебе к нему переехать?
– Я не собираюсь никуда переезжать! – по-прежнему не гляжу на незваного гостя.
– Но Илюшенька сказал, что за тобой приехал, – выдает мама. – Сказал, ты вещи должна была собрать.
Илюшенька!?!? Это что сейчас было? – не узнаю свою маму. Она больше не плачет, щеки порозовели, в глазах блеск счастливый. Илюшенька их загипнотизировал что ли всех?
– Ничего я не собирала. И никуда с ним не поеду, – заявляю упрямо.
Меня бесит завистливый взгляд Марины, вводит в недоумение азарт папы и беспокоит разом свихнувшаяся мама. Но все быстро встает на свои места.
– Настюша, так Илья уже сегодня сможет помочь Максима из тюрьмы вызволить, – лепечет родительница.
– И для меня собеседование устроил, – поддакивает отец. – В администрацию города. Начальником отдела недвижимости и застройки.
Перед глазами все плывет. Мне так плохо, что к горлу подкатывает тошнотворная слюна. Выходит, ради спасения одного ребенка они готовы пожертвовать другим? Ради материального благополучия? Это так мерзко, что сейчас мои родные кажутся мне ничем не лучше подонка Якушина.
– Так…, – показательно смотрит подонок на наручные часы. – Если спасать Максима, то нам с Настей пора выезжать, у моего приятеля скоро закончится дежурство. Ольга Леонидовна и Марина, пока мы решаем вопрос с Максом, вы соберете вещи Насти, – раздает он указания. – Позже я заберу.
Моя родня слаженно кивает и зачарованно глядит на благодетеля.
– Пошли, – берет меня Илья за руку.
Вырвалась. Залезла под кухонный стол, выудила оттуда свою собачонку.
– Круз Кастильо едет со мной, – безапелляционно бросаю наглому парню. Пусть только попробует отобрать у меня собаку!
– Ты назвала болонку именем полицейского из сериала «Санта-Барбара»? – с усмешкой спрашивает, когда мы уже оказываемся на улице.
– Это имя придает ему мужественности, – зачем-то поясняю я.
Он открывает для меня переднюю дверцу автомобиля, но я показательно усаживаюсь на заднее сиденье и больше не говорю с ним. Всю дорогу до отделения милиции прижимаю к груди дрожащего Кастильо.
– Посиди в машине, – выключает водитель зажигание и запирает меня внутри салона.
Невероятно, но Макс и два его приятеля появляются на крыльце буквально через десять минут. Обалдеть. Я впечатлена. Перед Ильей Якушиным не существует закрытых дверей.
Он разрешает поговорить мне с братом. Троица в счастливом замешательстве. Готовились к худшему, а их просто отпустили.
– Сестренка, отец взятку дал? – обнимает меня Максим. – Я уж, признаться, со свободой попрощался.
Брат такой высокий, что мне приходится задирать подбородок, чтобы видеть его глаза.
– Макс, обещай больше никогда не попадать в такую передрягу, – шепчу я.
– Клянусь, – без всякого пафоса произносит он. – Усвоил урок на всю оставшуюся жизнь.
Илья дает ошалевшим от дневного света парням денег на автобус и везет меня дальше. В мой новый дом…
Дом, как ни странно, производит на меня приятное впечатление. Снаружи высокий забор и тяжелая дверь с вращающейся камерой над козырьком. А вот внутри – обычный деревянный домик с верандой. Не коттедж, а больше деревенская изба, но в осовремененном варианте.
Нас встречает породистый пес. Борзая. Тычется ласково в ноги хозяина, он так же ласково гладит ее по изогнутой спине.
– Это Марио, – представлен нам с Крузом красавец пес.