Огненные речи Пахека покорили собравшихся. Если бы не он, они бы дрались между собой и теряли надежду. А с ним снова поверили в победу.
Пока царь принимал сирийских вельмож, спешащих заверить его в своей абсолютной преданности, Минмес проверял, в полном ли объеме взысканы налоги. Нарушителю грозил большой штраф. Работа молодого Пахека впечатляла: по его досье, составленным с замечательной точностью, можно было легко выявить тех, кто недоплатил. Благодаря ему ни одному мошеннику не проскользнуть сквозь прореху в фискальной сетке!
С согласия государя Минмес назначил Пахека главой администрации сирийских владений. Получив в помощники опытнейших счетоводов, он сумеет применить на местах египетскую экономическую систему.
У Тьянуни были время и возможность как следует встряхнуть свою официальную агентуру, шпионов, работающих под прикрытием, и доносчиков со стороны. Он требовал от них ответов. Сколько всего разбойничьих племен на сирийской территории? Где они прячутся? Помогает ли им кто-то тайно? Те, кто дал полезные ответы, получили вознаграждение. Маху и личная гвардия фараона тоже не бездельничали: обыскивали помещения и посетителей, стараясь максимально обезопасить место пребывания царя, а всех сомнительных персон с пристрастием допрашивали. При малейшем подозрении следовала мгновенная реакция…
Когда Тутмос объявил о возвращении, солдаты не скрывали своей радости. В Египте жизнь намного спокойнее.
Прощальный ужин состоялся в Тунипе. Праздновали избавление от убийц и грабителей и вновь обретенное спокойствие. В числе приглашенных – более двухсот сирийских сановников с женами, лояльных и готовых сотрудничать. Старик все уши прожужжал глашатаю Антефу, только бы пиршество оказалось достойным фараона. Низкие столики, удобные сиденья, усыпанные цветами проходы, каменная посуда, кубки из металла, льняные салфетки, чаши для омовения рук, разлитые в воздухе ароматы – всего было в достатке, хотя приемный зал, в сравнении с дворцом в Фивах, конечно, выглядел простовато.
Меню тоже простое: колбасная нарезка и компот из фиг в качестве закуски, далее – задняя ножка ягненка, филе щуки на подушке из лука-порея, козий сыр и сладкая выпечка. Из напитков – три сорта красного вина и белое, с фруктовыми нотками – к десерту. Повара, конечно, уступали в мастерстве своим столичным коллегам, но и их стряпня была съедобной.
С официальной речью к гостям обратился лишь Антеф, и он был краток. Глашатай упомянул о победах фараона Тутмоса и о счастливом развитии отношений между Сирией и Египтом, на сегодняшний день – ее заботливым покровителем, гарантом мира и процветания.
Присутствуя в числе высокопоставленных писцов администрации, Пахек ел через силу, настолько происходящее было ему поперек горла. Было тошно наблюдать и торжество Тутмоса, и малодушие соотечественников, но ничего, все это временно…
За отдельным столом на помосте царь наблюдал за гостями. Ощутив на себе его взгляд, Пахек встревожился. Неужели Тутмос угадал его истинные чувства? Многие верили, что фараон управляет разливами Нила и обладает такой магической силой, что никакому врагу его не одолеть. Глупые россказни! И все же молодой сириец вздохнул с облегчением, когда государь отвел глаза. Он поспешно завязал беседу с коллегами, изображая приличествующее случаю веселье.
От ненависти, злости и вина у Пахека голова пошла кругом. По окончании трапезы гости вышли в сад – выпить сладкого ликера и пофлиртовать с дамами.
Тутмос под охраной двух телохранителей принимал благодарности от гостей и мог вот-вот уйти.
Сотня шагов – и он будет недостижим в своих апартаментах! На несколько коротких мгновений все трое, он и его спутники, повернутся к Пахеку спиной…
Идея была безумной.
Выхватить у телохранителя из ножен меч и вонзить фараону в спину. Самого его, конечно, убьют, зато он станет героем своей страны, которая тут же вся восстанет! Лишившись руководства, египтяне не устоят.
За смерть Тутмоса Пахек готов был заплатить своей жизнью.
Он шагнул к своей цели, и тут возникло неожиданное препятствие. Северный Ветер преградил ему путь.