– Ладно, теперь идем!
За безукоризненное поведение в ходе сирийских кампаний Северного Ветра представили к командирскому званию. Поэтому ему предстояло пойти во главе колонны осликов, несущих ритуальные предметы, необходимые для Прекрасного праздника Долины.
88
Это шествие запомнится надолго! Впервые Прекрасный праздник Долины завершится в моем «Храме на тысячу лет», а не в святилище царицы Хатшепсут, моей предшественницы. Строительство еще не закончено, но Минмеса не в чем упрекнуть, потому что времени я ему дал мало.
У подножия фиванской горы высится двухуровневый храм, посвященный царственной ка, которая пребывает и во мне. Туда и направляется торжественная процессия, несущая ладью Амона. По пути ее следования, как и при прохождении солнечной ладьи, умершие пробуждаются от сна, и предки, победители смерти, говорят с нами…
В часовнях храма – мои изваяния. Но не моя человеческая сущность запечатлена в них, а миссия, которую я унаследовал и которую передам своему преемнику.
Здесь, после моей кончины, царственную душу будут поминать вечно.
В сопровождении царицы я приношу дары Амону – тайной силе, источнику всего живого, и Хатор – богине небесной любви, звезд и божественного света.
Я надолго застываю перед изображением Сатьи, умершей и все же такой близкой. Это она венчает праздник, она дает жизнь этому храму.
Царица также погружена в раздумья.
Лузи пытался утопить свою злость в финиковой водке. Два болвана, которых он рассчитывал завербовать, испугались провокации и, пока не вмешались стражники, сбежали.
Надо сказать, силы правопорядка в последнее время и правда взялись за ассимилированных сирийцев, словно опасаясь заговора. Разочарование было жестоким: создать тайную сеть оказалось не так просто, как ему казалось. И должность у него подходящая, и деньги, пусть и нажитые нечестным путем, завелись.
Но чтобы набрать людей, готовых свергнуть фараона, Лузи придется попотеть. Вдобавок активность стражи принуждала к особой осторожности.
После неспокойной ночи Лузи явился на прием к начальству. В конце месяца Тройной Подбородок проводил итоговую сверку.
– Как у тебя дела, мой мальчик?
– Лучше и быть не может.
– Подчиненными доволен?
– Глаз с них не спускаю.
– И прекрасно! А вот у меня появились подозрения.
– В связи с чем?
– С тобой.
– Недосмотр с моей стороны?
– Боюсь, тут дело посерьезнее. Я, к твоему сведению, держу на подозрении всех подчиненных, и ты не исключение. Когда работаешь с драгоценными металлами, соблазн велик… Поэтому в твою команду писцов я определил своего человека – чтобы был двойной надзор. И его цифры с твоими не сходятся. Не хватает трех слитков золота, одного серебряного и трех мешочков золотой пыли.
– Конечно, это ошибка!
– Очень хочется верить. Завтра мы с тобой вместе проверим склад. Если соглядатай не ошибся, кто-то из твоих людей ворует!
– В это я не верю. Но если окажется правдой, расхитителя я найду.
– Это наша первейшая задача. Спокойной ночи!
Действовать нужно было быстро, очень быстро. Проверка выявит хищения, и правдоподобно объяснить Лузи ничего не сумеет. Тройной Подбородок обвинит его в краже, а затем будут суд и суровая кара. О мести Тутмосу придется забыть.
Однако положение не такое уж отчаянное – если, конечно, не сидеть сложа руки… Посреди ночи сириец вышел из дома и двинулся по улице, то и дело оглядываясь: с Тройного Подбородка станется приставить к нему слежку.
Успокоившись на этот счет, Лузи направился в северную часть столицы, где в уютном доме, окруженном небольшим садом, проживал его начальник. Здесь все дома были двухэтажные, по обе стороны улицы.
Лузи сильно рисковал, но выбора у него не было. Есть во дворе собака или нет? Спит ли Тройной Подбородок в одной комнате с женой? Есть ли в доме дети? Прислуга? Ничего этого он не знал, и времени выяснить не было. Но если не вмешается прямо сейчас, попадет на каторгу!
Убедившись, что за ним не следят, сириец перелез через невысокую ограду и оказался в саду.
Собака не залаяла.
Пригибаясь к земле, он подбежал к деревянной двери и толкнул ее.
Та даже не скрипнула.
На первом этаже – кухня, кладовая, рабочий кабинет, столовая, гостиная и еще одна комнатушка, откуда доносился громкий храп престарелого слуги.
Лузи взбежал по лестнице. Тут было три комнаты. Дверь в первую приоткрыта: там спят два подростка. Во второй – тучная женщина, лицом вниз.
В третьей – Тройной Подбородок. Спит на спине с открытым ртом. Кровать крепкая, из мебели есть еще ночной столик и сундуки для одежды.