Индар, к моему удивлению, спорить не стал. Он вышел из кабинета, вскоре вернулся с той самой сумкой, «из шкуры жертвенной козы», и принялся сосредоточенно в ней рыться.
Рэдерик, обнимая щенка, наблюдал за всеми.
— Я, наверное, не смогу спать, — сказал он наконец. — Вы ведь точно вернётесь, да, мессиры?
Врать ему я не мог.
— Мы всё сделаем, чтобы вернуться, ваше высочество, — сказал я. — А остальное — судьба и Господь.
Рэдерик кивнул и вздохнул.
— Вы бы, может, сказали Норфину, ваш-бродь, — сказал Барн. — Чтоб посты усилил.
— Не надо, братец, — сказал я. — Ни к чему удивлять и нервить Нагберта. Пусть ему сюрприз будет. А сегодня — спокойная ночь, когда он сможет свою цыпалялю понянчить. Напоследок.
Нарочно вспомнил это словцо. Чтобы они улыбнулись — Барн и принц.
И они улыбнулись, хоть и не очень уверенно.
Глава 28
Пока пасмурная хмарь за окнами превращалась в глубокий ночной мрак, мы с Индаром пытались нарисовать план замка Нагберта, ориентируясь по сну калеки. Получалось плохо.
— Живопись вилами по воде, — сказал я мрачно. — Будем ориентироваться по обстановке.
— Надеюсь, не придётся прорываться с боем, — сказал Индар, крутя в пальцах ручную гранату.
— Положи, — сказал я. — Это не игрушка.
— Ага-ага, — фыркнул Индар. — Какой будет драматический уход… я думаю, что нам не стоит тащить с собой эти железяки. Лишний вес.
— Почему? — удивился я.
Я здорово на них надеялся.
Индар закатил глаза и хлопнул себя по лбу ладонью.
— Клай, напомни мне: зачем мы туда идём?
— Вытащить калеку, — удивился я ещё больше.
— А почему вампиры не смогли его убить?
И вот тут мне стало худо. До меня дошло, наконец.
— Если мы себя взорвём, то подарим Нагберту наши души?
— Смотрите-ка! — весело поразился Индар. — Мы наблюдаем редкую в армии попытку рассуждать! Да, ягнёночек, придётся отложить драматические жесты до другого раза. Предпочитаю попасть в плен в теле: так видятся какие-то шансы.
— Вы, Индар, умный, — виновато сказал Ричард. — Я вот не подумал.
А я подумал: интересно, а если при взрыве гранаты вылетит окно или рухнет стена? Наверняка так мы сломаем и защиту Нагберта. Не факт, что нас возьмут, не факт…
— Знаете что, — сказал я, — я всё же прихвачу парочку. Запас карман не тяготит… мало ли что.
— Предусмотрительно, — сказал Индар предельно язвительно. — Вы все беленькие и герои, а я тёмный и подонок, мне дорога шкура, и я иногда боюсь. И мне хотелось бы уточнить ещё пару моментов. Например: куда мы тащим калеку?
— Я встречаю вас за зеркалом, — сказал Ричард, — и мы переходим во Дворец на побережье. Там будут ждать мессир Валор и Далех. Далех — южанин и шаман, он умеет как-то хитро раскрывать запечатанный Дар. Вы оставляете парня на попечение прибережцев и возвращаетесь в Резиденцию Владык. Всё.
— За тем зеркалом, которое в кабинете? — спросил я.
— Да, — сказал Ричард. — Но я, конечно, попробую контролировать и другие зеркала в замке, если там есть большие.
Индар слушал, скрестив руки на груди. Не знаю, как ему удавалось изображать и лицом, и всем телом сногсшибательный скепсис.
— Авантюра! — пробормотал он и пропел на мотив когда-то модной перелесской оперетки, которая и в нашей столице шла: — Авантюра, авантюра, авантюра, господа!
— И что ты, ваша светлость, в театр не поступишь? — проворчал Барн.
— С фарфоровой мордой в приличной пьесе особо не сыграешь, — печально сказал Индар.
Барн не успел съязвить в ответ. Наше зеркало высветилось зелёным — и я принял вызов.
И запыхавшаяся Карла, порозовевшая, явно прибежавшая в каземат только что, радостно выдохнула:
— Не ушли ещё! Славно!
— Леди-рыцарь хотела мне что-то сказать? — мне ужасно хотелось прижаться к стеклу целиком. — Мы, быть может, увидимся сегодня.
— Не сглазь! — фыркнула Карла сердито. — Хотела на тебя посмотреть. На удачу.
Гладила стекло. Меня по лицу, быть может.
— Удача будет, — сказал я весело.
У меня камень с души свалился. Я видел Карлу — жизнь становилась намного сноснее. Но тут вдруг меня дёрнуло.
— Послушай, — сказал я, — а ты не знаешь, как Далех снимает… ну вот это… запрет на Дар? Если это графическое проклятие, татуировка?
— Знаю, — тут же сказала Карла, явно думая не об этом. — Я как-то видела, как он сжигает у дракона запрет на полёты. Потом Далех говорил, что всё делается более или менее одинаково. Грубо говоря, татуировку надо сжечь… а что?
— Дар калеки замкнут татуировкой, — сказал я. — И я что-то подумал…