— Что это за фокус? — удивился я. — Я думал, что ощущаю серых в любом виде, хоть за каменной стеной.
— Сумка из кожи жертвенной козы, — сказал Индар. — Потом объясню, это полезная штуковина. Для того чтобы прятать любые артефакты, просто бесценная.
Рэдерик был в восторге — даже не пытался это скрыть. Похоже, надеялся увидеть, как будет работать материализованное проклятие. Но что самое во всём этом интересное — солдаты Норфина не косились.
Они совершенно серьёзно и ответственно с нами работали.
Я даже черкнул письмо Ликстону и отослал с солдатом в редакцию. Сообщил, что приглашению Нагберта можно верить, ничего дурного не планируется, и сам пригласил газетёров завтра на разговор… если, конечно, не случится ничего из ряда вон выходящего. «В любом случае, — писал я, — будь готов, жду к полудню у Резиденции Владык», — и приложил подписанный Норфином пропуск.
Глава 17
Остаток дня улетел в сплошной суете, а сумерки начались с чудовищно странного ужина. Нас пригласил Нагберт! Уже само то, что Нагберт прислал за нами человека, выглядело натуральной хохмой, а вся обстановка этого ужина, его антураж и те мысли, которые всё это у меня вызвало, стоили приступа истерического хохота.
Нагберт горячо взялся за создание собственного двора.
Он пригласил Люнгеру и Олию и успел где-то добыть пару, видимо, беглых аристократов, от которых отчётливо тянуло Даром и адом. Отрекомендовал нам всем, с небрежным и изящным жестом:
— Мессиры Аксиль из дома Багряных Клёнов, барон Замшанский, и Гролд из дома Ириса — к вашим услугам, ваше высочество, к вашим услугам, мессиры.
Мессиры с пышными титулами выглядели на редкость бледно. Аксиль, молодой, лет тридцати, не больше, с мордой лица, покрытой бурыми пятнами, — нормальное клеймо, тут, в Перелесье, почему-то часто бывает клеймо во всё тело — сидел очень прямо, сжав губы, нервно зыркая по сторонам. Одежонка на нём годилась для барона, — заметно недешёвые тряпочки — но чувствовал он себя в королевской гостиной, по-моему, не очень уютно. Гролда, я думаю, тюкнуло падение базы в Синелесье — иначе просто непонятно, с чего это он смотрелся такой ожившей мумией. Его возраст я бы не рискнул даже прикинуть: просто маска смерти в коричневой морщинистой пергаментной коже. Роскошный костюм и бриллиантовая булавка в модном галстуке сочетались с его трупной физиономией как-то непристойно, как раскрашенная коробка конфет в гробу. А смотрел он жалобно, и на меня взглянул жалобно и просяще, как на паперти.
Аксиль ни на что доброе не надеялся. А вот Гролд надеялся — и мне кажется, что надеялся он на свежую кровушку. На то, что кто-нибудь снова покормит его своей жизнью. Вот забавно, если Нагберт ему это пообещал.
А с нами были Норфин и Вэгс — и ещё я позвал поужинать генерала Тарла. Характерец у Тарла вполне нелёгкий, зато душа очень и очень для нас подходящая, решил я. Индар с Рэдериком со мной согласились, а Барн и подавно не спорил. Я бы и фронтовых товарищей Тарла сюда притащил… но побоялся, что им будет неуютно и от этого они наделают глупостей.
Например, совершенно случайно набьют кому-нибудь морду.
Лично меня это бы здорово порадовало, но пока приходилось делать политику.
Впрочем, ужин и так прошёл из рук вон весело.
Стол был сервирован как положено, по-королевски сервирован — и я догадался, что поваров Нагберт сюда притащил своих, и уже они, наверное, местных построили. Королевское кресло поставили во главе стола, Нагберт устроился рядом, с другой стороны — Люнгера в прекрасном золотистом шёлке, ну должен же кто-то заменять деточке его непутёвую мать… В общем, неистовая красота, аж глаза выскакивают.
И всё уже решено. Даже должности, похоже, расписаны.
Только наша компания не особенно ко двору. Что не составляло бы проблемы, если бы не принц. С нами.
— Завтра сообщим о вас городу и миру, ваше высочество, — торжественно сказал Нагберт.
— Да, — сказал Рэдерик. — Хорошо, я понял.
И отодвинул стул с краю. Посмотрел на нас и сказал Барну:
— А ты сюда садись, — а мне: — Вы тоже где-нибудь недалеко, да?
— Ваше прекрасное высочество, — оскалился Нагберт, видимо, честно пытаясь изобразить улыбку, — к сожалению, должен сообщить, что это уже не по этикету. Теперь ваше место — здесь.
— Да, — кивнул Рэдерик. — Но там же все стулья уже заняты. Можно я туда сяду в другой раз, мессир Нагберт? Чтобы сейчас никому не мешать?