— Мне, я надеюсь, такого счастья не привалит? — иронично обронил Инда… Лан, короче.
— Нет. Тебя никто пока насильно не заставляет. Но, — Андре понизил голос до едва уловимого шёпота, — по королевству специально пустили слух, что нам активно ищут невест. Будь готов к тому, что самые беспринципные дамочки попробуют обставить всё так, что ты их опозорил и будешь просто обязан жениться, чтобы избежать огласки.
Лан расхохотался. Немного нервно и истерически, но да не суть.
— У тебя, я так понимаю, алиби будет, что ты всю ночь проторчишь на этом треклятом балу?
— Да. Хоть какой-то от этого толк. А ты? Что будешь делать ты?
В общем, моё пребывание в эльфийском дворце началось… интересно.
Продолжилось тоже.
Ким забегал к нам по нескольку раз на дню, испытывал всё новые и новые средства. От одного такого чешуя у Мартынко окрасилась в зелёный с красными полосами, после чего она настойчиво и даже немного агрессивно требовала вернуть её в нормальное состояние, тыча полосатым хвостом «косорукому колдуну» в лицо. Поплевалась ядом, продемонстрировала зубки, но Ким всё очень быстро вернул обратно под хохот Лана, так что обошлось без жертв.
Но у Мартынко были пусть такие, но изменения, а вот у меня… ничего.
После очередной неудачной попытки Ким психанул и что-то разбил. Спальню принца заволокло тёмно-красным дымом.
И Лан, как назло, заявился именно в этот момент, так что проветривали помещение и устраняли последствия неожиданной вспышки агрессии Кима они вдвоём.
Принц, кажется, был привычен к таким «взбрыкам» своего друга и отнёсся к внеплановым проветриванию и уборке достаточно спокойно, чего не скажешь о королевском колдуне. Он только взбеленился ещё сильнее.
Правда, крушить ничего больше не стал, только ушёл к себе, хлопнув дверью.
Лан покачал головой, спросил у нас с Мартынко, всё ли нормально, не задело ли нас, получил от змеи шипящие уверения, что всё прекрасно, особенно психующий Ким, и ушёл в гардеробную.
До-олго он там сидел. Интересно, на свидание что ли собрался, раз так тщательно подбирает костюм?
Не знаю, сколько часов в итоге прошло, я давно потеряла счёт времени, но всё-таки Лан соизволил выбраться из той «комнатки». А то я грешным делом подумала, что он опять собирается куда-то свалить. И так пропал тут недавно на два дня, потом долго расспрашивал Кима, удалось ли ему сделать хоть что-нибудь, и очень огорчился, услышав отрицательный ответ.
Сейчас эльф был, что называется, при полном параде: узкие тёмно-синие брюки, небесно-голубая туника с вышивкой в виде веток жасмина по вороту, краям рукавов и подолу, белые высокие сапоги; волосы изящно переплетаются с веточками жасмина в волосах.
— Ты куда с-собралс-ся? — Мартынко вскинула голову, внимательно рассматривая принарядившегося эльфа.
— Сегодня этот чёртов бал, на котором я должен присутствовать. Мартынко, слушай, не в службу, а в дружбу: если сюда заявится какая-нибудь девица с намерением забраться ко мне в постель, напугай её, пожалуйста, а?
— Давно ли ис-стерящ-щая девица лучш-ше голой на вс-сё готовой? — ехидно прошипела змея.
— Всегда, если честно, — усмехнулся Лан. — Не скучайте, я постараюсь вернуться пораньше.
И ушёл.
Привычно уставилась в окно. Там как раз загорались уличные огни, освещающие замок и город.
Никогда не любила быть простым наблюдателем. Я не умела просто так сидеть и ничего не делать. Слушать музыку, читать книжки, смотреть фильмы — да, но только не сидеть в бездействии. Не могла я наблюдать, как деревья растут, раздражало меня это.
А вся эта ситуация с Босхафтом будто нарочно сложилась так, что я вынуждена без движения или какого-либо досуга проводить долгие-долгие часы, дни, недели… пока сознание не угаснет.
Ким выдал буквально через день после нашего в замке фееричного появления: заклятие Босхафто построено таким образом, что по истечении отмеренного мне года я… умру, наверное, если о том, что произойдёт вообще можно так сказать. Просто в какой-то момент вместо души, спрятанной в фарфор, останется просто фарфор. Сознание исчезнет. Навсегда.
Я старалась не впадать в уныние, но получалось плохо. Особенно с учётом того, что Ким пока ещё ничего не придумал.
Да-да, прошла всего неделя, но…
Всё равно, тоскливо было. А я ещё и обсудить это ни с кем не могла. Мартынко разговаривала со мной, когда рядом никого не было, пыталась подбадривать, Лан, когда появлялся, рассказывал о мире и магии в первую очередь для меня. Он был хорошим рассказчиком, и пока я слушала его, ненадолго отвлекалась от размышлений о своём незавидном положении. Ким, когда появлялся с новой попыткой снять заклятие, обращался напрямую ко мне, считывал эмоции и недовольно качал головой, замечая уныние, которое всё больше и больше захватывало меня.