Наш принц, насколько я поняла, совершенно не стеснялся своего магического дара, да и сам любит иронизировать на эту тему. Сколько шуточных перепалок с Кимом об этом у них было… да и у нас в разговоре как-то подобные шутки проскальзывали, в том числе с моей стороны, и он их воспринимал вполне благосклонно, так что…
Заметив, что его высочество клептоман просыпается, сосредоточила на нём всё своё внимание. И, как только Лан приоткрыл один глаз, с милой улыбочкой поздоровалась:
— Доброе утро.
— Утро добрым не бывает, — сонно пробормотал он, закрывая глаза.
И притянул меня к себе поближе, обнимая крепче.
Вот это па-па-поворот.
И что мне в такой неоднозначной ситуации делать? Па-ма-ги-тя!
Я лежала, уткнувшись носом в шею этому эльфу, который снова спал.
Попыталась аккуратно высвободиться из объятий, но куда уж там! Лан только крепче прижал меня к себе и пробормотал:
— Моя, моя, никому не отдам, никуда не отпущу.
И продолжил сопеть мне в макушку.
У-у, глаза завидущие, руки загребущие!..
Интересно, ему вообще удобно вот так лежать? Не жёстко ли? А то я вроде как всё ещё фарфоровая… хотя, я даже в своём обычном человеческом теле не сказать, что очень мягкая, скорее совсем наоборот. Профессия обязывает выглядеть соответствующе.
Но, судя по тому, с каким удовольствием принц меня обнимал, его всё не просто устраивает, ему всё нравится. Даже более чем.
Ладно, раз меня не хотят выпускать, буду лежать в обнимку с этим клептоманом несчастным. В конце концов, когда ещё представится такая возможность? Зато можно будет хвастаться, что Лан меня сам в койку затащил и выпускать отказывался. Не то, что с теми девицами, которые страстно желали выйти за него замуж подобным скандальным способом.
Ладно-ладно, хвалиться этим я ни перед кем не буду, просто пронесу такое милое воспоминание через всю жизнь, какой бы она короткой ни была.
Из-за нашей возни одеяло немного сползло, так что я теперь вполне могла шевелить руками, чем и воспользовалась.
Интересно, мои действия не воспримут как домогательство? Кто знает, как у них тут с подобным?..
Одной рукой я осторожно обняла эльфа, внимательно наблюдая за его состоянием. Не проснётся ли? А другую положила на его грудь.
Чувствовала, как под моими пальчиками мерно бьётся мощное сердце, а тихое дыхание Лана и меня саму вводило в какое-то сонное состояние. Кажется, я даже периодически ненадолго снова погружалась в дрёму.
Так мы и лежали. Фактически спали в обнимку.
Вырываться не хотелось. Хотелось, наоборот, поверить в это его «Моя. Никуда не отпущу», побыть его личной принцессой, даже если это всего лишь на пару часов, пока Лан спит.
А потом он, наверное, и не вспомнит об этих словах и объятиях. К сожалению.
Да-а… Как-то совершенно незаметно и за такой короткий срок этот мужчина умудрился запасть мне в душу. И дело было не в простой благодарности за спасение от Босхафта и искреннее участие в моей судьбе. Он просто мне понравился этой своей неправильностью и открытостью, заботой и чуткостью, причудливым сочетанием лёгкого хулиганского характера и серьёзности в тех вопросах, которые этого требуют. Вот только испытывает ли он ко мне хоть что-то похожее?
Хотя… даже если и испытывает. Он — принц, я — иномирянка без роду-племени. Не допустит его отец такой мезальянс, так что закатай губу обратно, Леночка. Смотреть можно, трогать нельзя.
Так что я жадно рассматривала лицо младшего принца, запоминая каждую чёрточку. Этот шрам через левую бровь, горбинку на носу, маленькую родинку в уголке правого глаза…
Но недолго это счастье длилось. Лан открыл глаза, сонно и недоверчиво прищурившись на весь мир.
А потом наши взгляды встретились.
Индарэллан
Мне снился чудный сон.
Сон, в котором Лена, моя нежная фарфоровая леди оказалась моей иллариа. И я видел такие чувственные картинки, в которых эта невероятная девушка с восторгом и нежностью отзывалась на мои объятия и поцелуи…
И так хотелось воплотить это в жизнь, кто бы знал.
Но в какой-то момент сладкий сон взбунтовался, и привидевшаяся мне девушка начала вырываться из моих объятий. А я так боялся потерять её, что только прижал её к себе сильнее и уговаривал сон:
— Моя, моя, никому не отдам, никуда не пущу.
И… видение поддалось. И снова меня окутало волной нежности, но, казалось, сейчас её было ещё больше. Такой мягкой, тёплой… невероятной. Той, которая может быть только с иллариа.