Анна вздохнула, ей казалось, что все это прекратится очень скоро. Она представляла, как просыпается в своей мягкой постели, утренние лучи помогают ей забыть красный кошмар. Ссадины от града уходят вместе со сном, Ник звонит ей утром, чтобы рассказать о дурацком сне. Все это пронеслось в голове.
–Марк, мы идем к моей Марине Николаевне. Это все закончится, возможно, и ты тоже, – без капли сожаления проговорила Анна и отправилась короткой дорогой к даче. Но она сомневалась, насколько реально было бы ее пробуждение и насколько нереален этот сон. В любом случае она узнала из событий, что Антаров – негодяй и странный человек. О дереве девушка старалась не думать, оно представлялось большим и мощным миражом, что случается так часто с путниками в пустыне. Но кровавые кольца на небе выглядели сущими.
Пустая гостиная встретила двух молодых людей, Анна достала плед и дала его Марку со словами: «Утром все закончится, можешь в этом не сомневаться».
Марк стоял посреди гостиной, осматривая ее старомодную и причудливую обстановку. Она походила на мещанскую комнату девятнадцатого столетия. Анна взбила зачем-то старые твердые подушки, хотя никогда никто этого не делал, она зажгла пару свечей и оставила Марка наедине с собой.
Тетушка ее спала крепким сном, периодически что-то рассказывая себе под нос.
–В моем сне ты спишь, как это мило, Мариночка Николаевна, – сказала Анна и захлопнула за собой дверь.
Стоя перед зеркалом в ванной, девушка осветляла брови остатками краски, затем эту же процедуру она провела с ресницами.
–Во сне я могу делать все, что захочу, не так ли? – сказала Анна и сделала косу из своих белоснежных волос.
«Она приблизится к герою. Только интуитивные желания, только воля бессознательного. Моя милая соседка еще не знает о герое ничего, тысячи глаз наблюдают за ней. Бессердечная моя милая соседка, сон покажется тебе явью, а явь ото сна ты отличить не сможешь»
Анна нашла ключи от комнаты Кирилла. Убедившись, что Марк спит, открыла ее на втором этаже. Все находилось по-прежнему, лишь в толще пыли она рассмотрела десятки маленьких следов. Стекло пестрило большими трещинами. Девушка прикоснулась к ней, она почувствовала исходящее от нее тепло. За окном все было погружено в красную апатию. Чтобы избавить себя от липкого красного потока, пришлось сомкнуть черные пыльные шторы. Рука нащупала выключатель. Яркий белый свет ослепил комнату.
–Так спокойнее, – проговорила она.– Белый – это спокойствие.
«Или скорбь?» – кто-то произнес эти два слова крайне неловко, боясь быть услышанным. Анна уже привыкла к голосам во сне, поэтому ей они казались весьма безобидными.
«Наивная маленькая Анна с крохотным мягким сердцем!»
В зеркале она увидела себя, изнеможенную, с точеными скулами и прозрачно-белой кожей, потрескавшиеся губы выгоняли из себя алую кровь. Большие тусклые глаза скользили по обнаженным рукам.
–Я похожа на куклу, как я похожа на куклу! – Анна завесила покрывалом своего двойника, что был неказист, ненатурален и слишком бледен в отражении.
Тонкие голоса поднимались по ступенькам, девушка открыла дверь – никого нет. Она отправилась к себе в комнату. Уставшая белая фигура рухнула на кровать. Ей показалось, что кто-то звал ее по имени. Анна! Анна!
6 глава
Бьется белое сердце за оконной рамой.
Лиловый песок в глазах.
Не сон, а нежелание видеть явь.
Красный свет пробуждает страх.
Анна проснулась под громкие разговоры с первого этажа. Марина Николаевна вела любезную беседу с кем-то. Анна не желала думать о ночном кошмаре, но для раннего утра свет показался слишком розовым. Она раздвинула шторы легким движением и увидела розовое небо с алыми облаками.
–Что происходит? Может, такое раннее утро? – девушка отпрянула от окна.
Делая утренние процедуры, она заметила, что ванна пребывала в ужасном состоянии: ржавчина захватила ее, а кафельный пол был усеян огромными трещинами, и неровная кладка пропускала черную плесень. Это словно была чужая ванная комната.
Девушка вернулась в комнату, где внимание ее приковала большая постель с накрахмаленным бельем, которое никогда не использовала и не видела в шкафу. Сама обстановка комнаты ей казалась чуждой. Ноутбука и мобильного телефона не обнаружила, как и тетрадей, что она хранила у себя. Не нашла и любимых книг. Все куда-то исчезло. Шкаф пестрил красивыми платьями, блузами, юбками. Милые туфельки, колготки, чулки – Анна не находила эту шутку смешной. В халате девушка спустилась на первый этаж, она прошла босиком по вымытому, но еще мокрому полу. Проскользнув на кухню, увидела, через распахнутую дверь, как Марина Николаевна поливает в прихожей большие цветы странных форм и напевает какую-то меланхоличную песню.