–Не верь никому, тебя пытаются растерзать, раздробить. Сбереги же свое кукольное сердце для спасения. Не вытаскивай его для ненужных людей. Ведь столько нужных слов мы говорим ненужным людям. Жаждущие насилия будут встречены встречным насилием, помните об этом.
Анна подошла ближе к молодому человеку, и тот протянул ей свою бледную руку.
–Не бойся меня, бойся того, кого ты ищешь, – он заглянул в глаза Анны, и та ощутила немыслимый обжигающий взгляд, что впивался в нее, мучил.
–И снится тебе сон, в котором ты спишь, и просыпаешься ты во сне, и видишь тоже сон. А люди в нем…не сон?
Человек с фарфоровым кукольным лицом держал руку и ждал, когда Анна прикоснется к ней.
–Разве Кирилл был добрым другом? О, он жаждет, чтобы ты отыскала его настоящего!– говорил Вайлет. Ему не терпелось показать все, что он знал.
Анна вздохнула и приложила свою ладонь к его пальцам. В читальном зале лопнул потолок, из него вытекали солнечный свет и тревожный огонь. Книги растворялись в красной кислоте, пол покрывался грубым грязным песком. Анна впилась ногтями в безжизненную твердую руку.
С усердием она открыла глаза и увидела знакомое место. Это был дачный участок Смотринского. Открыты железные ворота, во дворе стоит машина Леонида, а рядом с участком – машина Кирилла. И все было тихо, спокойствие сочилось прямиком из дома Леонида.
Безжизненное белое небо с кровавыми облаками, засохшие деревья с множеством живых глаз. Бродячие облезлые существа толкались на обочинах, моросил прозрачный дождь, слякоть поощрялась холодным потоком воздуха. Анна поспешила принять радостное чувство.
–Как это возможно? – поинтересовалась у своего спутника Анна, что находился рядом с ней.
–Это отправная точка, Анна. Будь, пожалуйста, терпеливой и серьезной, убери улыбку.
Девушка заметила мальчика с большими кругами под глазами, который летел на красном велосипеде в сторону машин. Ударившись о машину Кирилла, мальчишка чуть не упал, его управление вышло из-под контроля, и затем он влетел в машину Смотринского. Сильный удар. Царапины на машинах, и нескончаемый гул сигнализаций. Анна вскрикнула и подбежала к мальчику.
–Ты в порядке, ты не ушибся? – она задавала вопросы, которые он не слышал.
Молодой человек объяснил, что мальчик не слышит ничего, он ее не видит. Ее никто не видит.
–Ты наблюдатель, они все лишь – прошлое.
Анна отшатнулась от мальчика, его искривленное лицо выглядело пугающим. Отвратительные тени танцевали возле исцарапанных машин. Девушка старалась их отогнать, но те лишь шипели на нее, а одна толкнула на раскаленный песок.
Мальчик с горестью наблюдал за согнутым рулем и исцарапанными машинами. Из окна высунулась потрепанная голова Смотринского, она прокричала:
–Что это еще за черт, ты что тут делаешь, ублюдок?
Лицо, пришитое к ужасно большой голове, выкрикнуло еще несколько ругательств в адрес мальчишки. Растрепанная голова исчезла, мальчишка схватил велосипед и побежал прочь от дачи Леонида.
«Что там случилось? Кто за тварь там?» – голос Кирилла донесся из открытого окна.
–Я предлагаю тебе наблюдать дальше, – ласковый голос витал в воздухе, дом испарялся, песчаная дорога зарастала гнилой травой. Фарфоровый человек заслонил лицо красной маской, на которой не было отверстий для глаз. Он произнес громко: «Я уже видел, ковырять болевые раны не хочется». Перед глазами девушки стали вырисовываться высокие деревья, многослойный мох. Анна стояла перед полуразваленным жилым домом. Ветхий, почти бездушный и пугающий.
Девушка спросила своего проводника по закоулкам неизведанного прошлого:
–Что же дальше? И почему все выглядит так натурально?
Изумленную смутил запах леса и болотной топи, в воздухе она находила и дым, и жареное мясо, и цветы, и душный одеколон.
Сладкий голос ответил тут же:
–Но ты ведь понимаешь, что сон всесильный? В нем ты можешь прожить и прочувствовать другого человека. И я ведь почти всесильный.
Вайлет провел ладонью по своим коротким волосам, которые торчали на его голове, как маленькие тонкие шипы.
–Зачем Кирилл оставил мне свои записи?
–А-а-а, эти глупые заметки и рассказы, – молодой человек долго сохранял молчание