–А как же путешествие? – она вдруг вспомнила, что юноша должен был отправиться с ней в путешествие по закоулкам прошлого.
Обман. Не стоит доверять здесь никому, особенно фарфоровым юношам. Центр дачного поселка был устлан брусчаткой, прекрасными клумбами, маленькими декоративными деревьями, что распускали слухи и стояли как надзиратели. В то же время эти надзиратели служили птицам местом для больших сборищ, их человечьи головы смотрели тупо и отчужденно на всех.
Мужчина в белом смокинге приставал ко всем со своими предложениями о приобретении белых и черных масок. По его словам, они служили прекрасными аксессуарами для предстоящего «изумительного и крайне важного события». Анне показалось, что все люди, коты, передвигающиеся на передних лапах, глаза на ветвях, неизвестные ей существа и полупрозрачные сущности оценивали взглядом внешний вид гостьи. Одна из девушек в душном и крайне неудобном на вид платье сказала своим подругам в точно таких же платьях следующее: «Ты посмотри, какие волосы, какой крой, она не знает, что здесь нужно носить». На Анну это заявление не подействовало ни благоприятно, ни негативно. Оно осталось обычным, тем, какое всякий раз говорят незнакомцы на улице – не имеет значения в большинстве случаев.
К девушке подошел уличный предприниматель и сказал:
–Он еще не нашел сокровище.
–Правда? – ей внезапно вспомнился мужчина с металлоискателем и глупым лицом, что отчаянно пытался раскопать ценность, – я думала, над ним подшутили, и этот человек – всего лишь мишень для насмешек.
–Простите, но вы думаете, что всем здесь угодно шутить над глупыми? – возмутился незнакомец в белом.
– Нет, – оторопела Анна, – ни в коем случае. Я у вас здесь сама предпочитаю не думать, есть проводник, он работает как переводчик с вашего на мое понимание. И лучше о ваших делах не буду думать, так будет правильнее. Кажется, я не совсем разбираю, что говорю, ах, простите. Что это за шум? – девушка удивленно озиралась по сторонам и не могла понять, где находится источник крайне громкого звука. На оживленной улице никто не обращал внимание на это, все по-прежнему куда-то брели.
–Это самолеты, они мне раньше приносили беспокойство, а сейчас я только под их полеты и засыпаю. Позвольте вам маску продать? Какую вы хотите?
–Нет-нет, спасибо, я не люблю маски. Мне они крайне неприятны, особенно не люблю, когда они говорят и ведут себя, как их хозяева.
Мужчина почесал левую руку, затем погрузился в свои мысли и быстро выпалил:
–Левая – к деньгам, я знаю, где продам, знаю и удалился.
Странно, подумала девушка, эти люди на центральной улице гуляют, никакой спешки, никаких сборов, но они должны быть на празднике у тетушки. И тут Анна погрузилась в рассуждения, что это мог быть за праздник, но вынуждена была прерваться, так как знакомый голос выкрикнул ее имя, и все стихло на мгновение. Затем снова, будто ничего и не было, пришло в движение. Девушка отправилась на голос, что произносил ее имя.
Спустя несколько минут – если время все же там и было – Анна сидела в местном кафе и рассматривала ключ. Он был из чистого серебра, но очень старый и почерневший от времени. Обычный ключ, но ручка его была в форме треугольника, на которой изображался мелкий орнамент.
Вайлет подвинул кружку к Анне, и затем маленькая розовая тарелка, которую он создал из воздуха, наполнилась фруктами.
–Куда ты исчез? – обратилась изумленная Анна.
–А ты волновалась, да? – глаза молодого человека заблестели. Анне показалось, что он стал больше похож на живого человека, чем на кукольное создание, которым был большую часть времени.
–Немного, – почти равнодушно ответила девушка, разламывая дольки грейпфрута, – И куда ты ходил? Искал, чем меня можно удивить.
Анна закрыла глаза, она вспомнила бедную Илону и замолчала. Покончив с грейпфрутом, принялась за красный апельсин.
–Я был у твоей Марины Николаевны. Она готовится к важному событию. Тебе и мне необходимо успеть вернуться до темной ночи.
–Ночь? А здесь разве есть время? – усмехнулась девушка.