–Время? Конечно. Кто тебе сказал, что его нет?
–Действительно, Вайлет, откуда у меня такие мысли? Все говорят, что его здесь нет.
–Часов нет, времени нет, а сменяются дни и ночи, – пожал плечами живой фарфоровый юноша.
–Ничего больше спрашивать не буду, погружусь и постараюсь раствориться. Это выше моего понимая, да еще и расхождение у кого-то с собственным мнением. Но ладно, я обещала себе не думать.
–Ты не разбрасывай слова, здесь уши, – прошептал Вайлет, оглядываясь по сторонам.
–Кто нас может подслушивать? – лицо девушки походило на маску неумелой актрисы.
Анна повернулась и увидела за соседним столиком два огромных уха, они шутили, чокались, напевали глупую песенку, их раковины были повернуты в сторону Вайлета.
Он сконфузился и закрыл глаза белоснежными ладонями. Скука подползала к Анне, а боязнь путешествий и в тоже время желание боролись в ее сердце.
Фарфоровый Вайлет надел маску и схватил Анну за обе руки. Окна покрылись многочисленными трещинами и винными каплями. Все гости заведения растворились в красном свете, интерьер превратился в надоедливых жуков и вылетел из разбитого окна, исчезая в красном. Красный. Красный свет. Анна задыхалась от мощного ветра. Последнее, что пришло ей на ум: они в большом красном смерче. И несутся в белые объятия смерти.
Анна очнулась на крыше большого каменного дома. Вайлет провожал взглядом быстрых птиц. Увидев, что Анна очнулась, помог сесть на небольшой выступ.
–Я тебя спас, мы оказались в самой воронке.
–Спасибо. Да, красный смерч, как я и думала, – ответила девушка и проверила наличие ключа на шее – он был на месте. Его ценность казалась важной, и Анна подумала о доме Марины Николаевны и маленьком люке. Ей почему-то показалось, что он сможет подарить новые открытия. Еще один неизведанный и по-своему прекрасный уродливый мир.
С крыши большого дома Анна рассмотрела ухоженную лужайку и огромный пруд. Машин не было. Вайлет что-то искал отчаянно в карманах пиджака. Он все больше походил на живого человека, но Марком он не был. Волосы претерпевали метаморфозы: они выглядели не как множество иголок, а как здоровые светлые локоны. Но лицо было нетипично: молодой человек походил на птицу, в чертах лица преобладало что-то неземное.
–Мы сейчас у Антарова на крыше. Нам кое-что нужно украсть, чтобы спасти…чтобы кое-что предотвратить.
Солнце светило ярко, никакой красной пигментации, только оранжевые разводы на небе. Лишь красные деревья были пособниками странного мира. Вайлет и Анна спрыгнули с крыши и приземлились на балкон.
–Считай, что это еще одна из тайн. Только сможешь мне кое-что пообещать? – обратился Вайлет к Анне.
–Смотря, что ты попросишь. Я же не могу словами разбрасываться.
–Пообещай остаться.
–Я подумаю над этим, спасибо, – Анна пребывала в замешательстве. От слов Вайлета у нее закружилась голова.
Молодой человек скомандовал двери балкона распахнуться – она выполнила приказ.
9 глава
Двое в черных одеждах вошли в призрачно-серую огромную комнату. Стены пестрили разнообразными картинами разных эпох. Разумеется, то были лишь репродукции, и их расположения было странно и неказисто в таком сером и тусклом интерьере. Полотна демонстрировали батальные сцены, портреты красивых дам, натюрморты и морские бездны. Полнейший хаос из красивых картин. На белом столе лежало несколько стопок свежих афиш «Произойдет ли?».
–Так это перед премьерой? – удивилась Анна.
Вайлет указал на календарь, всего пара дней до злополучного фильма. Девушка осмотрела комнату, она отказывалась понимать, для чего фарфоровому юноше пришлось тащить бедную Анну в логово дрянного режиссера.
–Он же сейчас не дома? – спросила она. Белоснежная почти, светящаяся рука коснулась шершавой стены. Она вырисовывала различные фигуры. Вайлет резко оторвал руку от поверхности – стены покрылись маленькими ушами, как угревой сыпью, затем бесследно исчезли. Комната наполнилась звуками душа и разговором по телефону, Анна услышала, как Андрей Антаров беседовал со Смотринским, его голос не стоило особого труда различить среди шума. Диалог представлялся загадочным и крайне неспокойным.
–Год прошел, Антаров, год.