Анна еще крепче обхватила дрожащими руками Смотринского. По его лицу вновь покатились слезы сквозь сон, сквозь разбитое и измученное сердце.
13 глава
Леонид спал крепко, иногда рука приходила в движение, он сжимал ладонь в слабый кулак со словами «нельзя так, нельзя».
Анна заметила, что ее руки больше не были прозрачны, а тело чувствовало абсолютно все. Девушка встала с постели, открыла дверь: все в доме Смотринских померкло, стихло. Гости, по ее мнению, разошлись. Девушка прошлась по спящему дому и никаких следов пребывания гостей: обычно в гостиной и на террасе всегда стоял запах сигар.
В столовой на огромном столе Анне попался на глаза искусно запакованный подарок.
–Что-то знакомое, очень знакомое, – вымолвила она и принялась открывать коробку. Содержимое просто и весьма абсурдно – красные, почти прозрачные колготки и белое платье с черными кружевами на воротнике, под ним лежала красная маска внушительных размеров, будто она изготовлена вслепую, потому как ее уродство даже не было браком.
Записка отсутствовала, как и намек, как и инструкция, и элементарные пожелания с объяснениями такого подарка. Это, безусловно, предназначалось Анне, ведь на коробке едва различимое белое сердце, выпачканное в алой краске, бросилось в глаза девушке.
–Тебе так нравится твое прошлое, – сказала Вайлет так же внезапно, как и появился в столовой. Его грустная улыбка пробивалась через хрустальную кожу.
–Комфортно, знаешь ли. Погружаясь, вспоминаю вновь и вновь себя, мне это начинает нравиться. Ведь с каждым погружением выстраивается целое полотно событий, а я, как искусная швея или дизайнер, собираю все это. Я только сейчас поняла, что это за день. Это же мой день рождения, подумать только. Леонид, вот, Вайлет, взгляни, подарок приготовил, странный, конечно этот подарок, – девушка показала красные колготки и черный кружевной воротник.
–Это точно от него, ты уверена? – задал Вайлет совершенно простой вопрос.
–Уже сомневаюсь, – с этими словами девушка злобно сложила вещи в коробку, – Это не от Леонида. Он бы не додумался подарить мне такие уродские вещи, все же, у него есть вкус. Ты все устроил. Как мне надоели эти глупцы на улицах, кромешное уродство повсюду, эти странные загадочные словечки. Мурийский язык, да вы изобретаете, юноша, новую реальность у себя под носом. Изобрел и думаешь, что это поистине интересно? Точно, не настолько все увлекательно, как моя никчемная, скучная жизнь. Она ведь скучная? Или забавная? Чем я здесь должна восхищаться? – Анна раскинула руки, обвела взглядом комнату и содержимое гнусного сада, что демонстрировало окно.
–Ты ли это, Анечка? – изумился фарфоровый юноша, он хотел подойти ближе, но Анна жестом остановила его.
–Я все поняла, я многое теперь вспоминаю. Зачем меня водить по водовороту событий. Наглотавшись вдоволь этих страшных сказок, осознаю, в какой яме мы все: Леонид, Кирилл, Антаров и даже невинный Ник Лотов. И все эти события прошлого такие невыносимо знакомые, такие мерзкие благодаря тебе. Ты хочешь, чтобы я его изменила, а я не хочу. С какого конкретно момента я здесь? Отвечай же, Вайлет! – закричала Анна и бросила коробку на пол – содержимое расползлось по полу, превращаясь в сгустки кровяной массы. Девушке, чтобы не запачкать туфли, пришлось встать стул.
Вайлет спокойно сел за черный стол, сомкнул руки, как маленький школьник, и наклонил корпус к Анне. Девушка, не взглянув на сияющего юношу, начала свою речь:
–Я и без этого путешествия помнила все, когда бодрствовала, зря ты так усердно старался помочь мне. Тонущему не нужна невидимая протянутая рука. Очутившись здесь, я утратила почти все воспоминания, вот что делает страх. И если бы не это место, все прошлое осталось бы со мной. Твоя глупая затея показать мне то, чего я не знала о своих близких друзьях, наполовину кишит опарышами. Моя наивность в самом начале – лишь проявление покорности и страха. Тебе не сломать меня. Вайлет – самый могущественный проводник по сновидениям и прошлому. Ты ошибся. Только недавно – ах, здесь же нет времени – до меня дошло: все наши скитания к чему-то идут. К такому, от чего могут волосы выскочить из луковиц. Не удивляйся, перед тобой та самая Анна. Анна с белым-белым сердцем, до того оно вымучено моими скверными шутками! Тетушка не любила, когда открывался рот, чтобы прозвучало что-то неугодное ей. Ах, с такими ужасными людьми, ах, какой ужасный только Смотринский, какой отвратительный Кирилл. Ладно, с Антаровым я не была знакома, но его поступок дерзок, скверен, достаточно неприличен с моральных точек зрения, но это меня не касается, Вайлет. И тебя уж точно. Многое, что ты осмелился мне показать, не касается меня. И лучше бы не знала. Возвращай меня обратно, сейчас же!