–Может, моя тетя с кем-то по телефону разговаривала. Да всему есть объяснение, тем более ты был сонный, – Анна обняла Смотринского, – мы можем с тобой на какое-то время уехать в Город, чтобы отвлечься. Можем, кстати, поехать на фестиваль через неделю. Билеты я достану.
Смотринский в ответ крепче обнял Анну и опустился в свои раздумья. Что-то тревожило его, и это что-то находилось прямо за стеной.
–Ты ведь знаешь, что он хочет довести целый зал до тошноты? Хочет показать, как никчемны жизни собравшихся? – поинтересовался Смотринский у своей Анны.
–Конечно, но это всего лишь шутки, – ответила девушка и поцеловала Леонида. Поцелуй прервал стук в дверь, совершенно резкий и громкий.
–Анечка, Анечка, – послышался голос Марины Николаевны, – к тебе Ник пришел. Анна повернула ключ, за дверью стояли Марина Николаевна и весь подавленный Ник Лотов. Анна пустила Ника к себе, а ее тетушка удалилась в одну из комнат.
Лотов рассказал Анне о своем помешательстве и про то, как он утопил самое ценное, что имел в своей коллекции.
–Значит, ты не все пустил на дно озера, – сказала девушка, словно разочаровавшись в поступке своего друга.
–Не язви, пожалуйста, мне и так больно, я сегодня в себя пришел. Тебе не кажется, что в нас что-то вселяется всякий раз, когда подобные мысли посещают, либо же одолевают кого-то из нас, – сказал Лотов, зачем-то посмотрел на небольшую трещину в стене над кроватью.
–Всего лишь оправдание своего сумасшествия, либо же своих приступов «не знаю, что дальше делать». Тебе намного меньше, чем нам, поэтому не помню, как я остро реагировала на подобные открытия в твоем возрасте, но скажу одно: крайность и еще одна крайность не придут к тебе, будь ты слишком уверен в себе. Только говори тише, а то мой сосед немного приболел, – сказала Анна, рассмотрев тьму.
–Погодите, что там? – Анна с русыми волосами указала пальцем на угол, в котором сохраняла бдительность Анна в черном платье. Леонид включил торшер, и сомнения Анны испарились.
–Простите, тень показалась или силуэт, скоро здесь совсем свихнусь, простите, – Анна побледнела и покрылась пятнами белизны. Смотринский обнял Анну, и та начала приходить в норму.
–Дело не в том, что мне нужно оправдание, мне нужно понять свой поступок. Мне кажется, Кирилл растолкует, он говорил со мной об одном помешательстве, когда я только с ним познакомился, – сказал Лотов.
–О чем речь? Давай подробнее, – сказал Смотринский.
–У него это прозвучало как-то интереснее. Что-то вроде «с малого начинается большое путешествие, а с большого – скорейшие крах и помешательство», так он говорил.
Смотринский рассмеялся в подушку и что-то проговорил бессвязно. Это рассмешило Анну, однако Лотов остался с тем же выражением на своем худом лице.
–Я вам говорю, что мы оба чувствуем здесь нечто, а вам смешно, потому что вас это не касается, – рассердился Лотов.
–А я тоже слышал шепот, но только это Кирилл издевался надо мной.
–Да? И что же это? О, речь зашла о сущностях, понятно, – сказал Анна.
–Я слышал недавно, когда срезал дорогу через твой сад, какие-то голоса. Женский и мужской, они все звали друг друга и смеялись. Два имени, странных, раньше мне нигде не встречались они.
–Просто имена? – поинтересовалась Анна, все поглядывая на злосчастный угол, где, как ей показалось, была большая тень. Ее дерзость постоянно менялась местами с интуитивным страхом.
–Да, но затем деревья зашевелились. С ветром я не путал, придурок, не надо такое лицо делать, – сказал Ник Лотов. – Об этом я разговаривал с Кириллом.
–Кстати, о нем, как вам его машина? По мне так, неплохо, – сказал Леонид.
–Да какая машина, я тебе говорю о других вещах, – возмутился Лотов, он принялся расхаживать по комнате, – вам не известно, конечно, но Кирилл принялся писать только здесь, как тут же поселился на втором этаже. В этом он мне признался. Голоса его преследовали, но здесь они совершенно другие. И звучат, как я убедился, ненатурально.
–Самовнушение, – сказал Леонид, открыв ноутбук. – Тетушка Шиза пришла к нам в гости, представляете?