–Не понимаю, вы, ребята, ошиблись, меня зовут Марк, – засмеялся Александр, он потянул руки к красной уродливой маске с подтверждающими родство с ней словами.
–А я так хотел по-хорошему с вами расстаться. Со всеми, – заявил юноша и вызывающе взглянул на Смотринского, затем на Анну.
–Тебе помочь собрать вещи? Погрузить в машину? – спросила Анна, уверенность с приходом Смотринского восстала в ней.
Александр-Кирилл медленно направился к лестнице, затем указал на коробку со словами: «Меня не будет, откроешь». Он быстро спустил свои вещи, за пару лет с момента его прибытия накопилось достаточно хлама в его комнате, от которого бы Смотринский давно избавился. Кирилл оставил на столе множество блокнотов и книг.
–Ты об этом пожалеешь, нет, Анечка, моя милая кукольная Анечка, я не угрожаю тебе. Я предупреждаю тебя. Настанет день, не в этом году, так в следующем, когда придется тебе отмечать Белый праздник. Я уловил в воздухе эту новость, на что вы не способны. Ничего вы не видите и не слышите по-настоящему, один лишь я мог прочувствовать. Но теперь пока-пока, мои дорогие. Спасибо-пожалуйста, обниматься не будем, – с этими словами он бросил на пол рюкзак, и преодолев пару метров, вцепился в Анну. Попытка задушить была крайне неудачной, Смотринский ударил сумасшедшего одной из тяжелых кукол по голове. Кирилл без сознания повалился на пол.
Смотринский обнял Анну и заплакал.
–Потом я расскажу тебе, про его неудачный план, он вовлек меня, Аня, он такой урод, – Смотриский не понимал, жил ли Александр-Кирилл, но его глаза отражали ужас.
–Он не мог умереть вот так, не мог. Я…– Анна выскользнула из крепких объятий напуганного Леонида и принялась нащупывать пульс.
–Жив, бьется сердце, – это утешение принял Смотринский с радостью.
–Предлагаю его вывести. Если он придет в себя, то мы поплатимся за это! – Смотриский, не дожидаясь предложений Анны, искал, чем его можно было связать и во что завернуть.
–Откуда такие мысли? Он очнется, мы вызовем полицию, – Анна не успела договорить.
–Все и так знают, что он дурачок, семья отказалась от него. Совершеннолетний давно, а не проблемный подросток, которого принялись бы отправлять домой. Мое мнение – вывезти его подальше. Пусть дальше скиталец бродит, ищет свои пути.
–А что мы Нику скажем? Он, кажется, под его влиянием находится. Будет убиваться по нему, – вздохнула Анна.
–Скажем, что ушел.
Тихо, Смотринский прислушался. Кто-то стучался в дверь.
–Быстро, Аня, быстро, забери его хлам наверх, спрячь, а его засуну куда-нибудь сейчас. На глаза Смотринскому попался шкаф, в который Марина Николаевна намеревалась сложить большую часть дорогих книг, чтобы никто не смог их испортить, если вздумается. Она слишком трепетно относилась к своим вещам, однако впустила в свой сумасшедшего.
Анна открыла Нику, в гостиную он вывалился моментально с какими-то странными мыслями и догадками.
–Кирилл изучает же разные языки, но вчера он выдал что-то непонятное. Мурийский язык. Вот к какой группе языков он относится. Только не вбивайте в поиск, пожалуйста, – Ник посмотрел на изумленную Анну и на Смотринского, который не мог понять, послышалось ли ему или нет.
–Ладно, вы сдаетесь, даже не попытавшись. Такого языка не нашел нигде, хотя утверждал, что ему несколько тысячелетий. Возможно, я ошибся и он произнес «марийский», но я сомневаюсь, что ему наберется тысяча лет. Это все не выходит у меня из головы, – Лотов сел напротив черной коробки и внимательно ее изучил.
–Его нет дома, можешь говорить громче, – сказал Смотринский. Сказанные слова немного приободрили Лотова.
–В твоем доме, Анне, столько всего происходит. А что это за коробка, кстати, – любопытство оказалось сильнее, чем можно было подумать. Лотов снял крышку и тут же ее опустил на место, будто увидел там дохлую крысу.
–Что там? – насторожилась девушка.
–Открой и взгляни, – Ник отправился в ванную комнату, что, как он выразился, смыть с себя нечто уродливое.
Смотринский предложил свою помощь, чтобы Анна не марала руки, если там и правда что-то грязное или вовсе отвратительное.
–А давай выкинем? Я не хочу это видеть в любом случае, он сумасшедший, – сказала Анна.