–Анна, давай его здесь оставим? – голос Леонида прозвучал в голове.
–Но мы не такие гадкие люди, чтобы вот так с ним поступить. Он же мой сосед, – сказала девушка, ее напуганное состояние слишком нервировало Смотринского.
–Я тебе когда-нибудь такое о нем поведаю, у тебя все тело иссушится от таких страстей, – Смотриский казался решительном, он заставил девушку продвигаться дальше, несмотря на редкие выстрелы и отдаленные голоса.
–Там собаки, люди с оружием, разъяренные и перепуганные животные. Мы никуда дальше не двинемся, – Смотринский бросил плед с телом и потащил Анну в обратном направлении, но он запутался в тропинках. Они несколько раз возвращались к телу. Вернувшись на третий раз, девушка развернула плед, на все возражения Смотринского никак не реагируя. Анна плакала и повторяла под нос, что за их поступок пришло наказание.
–Аня, прекрати, мы не такие ужасные, как ты думаешь. Просто поставили скитальца на его путь.
–А если он умрет здесь? Он вообще дышит? – Анна расчувствовалась и затрясла рукав Смотринского, затем бросилась его колотить маленькими ручками и рыдать.
Леонид пытался ее успокоить, но тщетные попытки только лишь усиливали отчаяние. Лай собак приближался. Смотринский схватил Анну и пустился вперед, несмотря на приближающуюся к ним свору охотничьих собак.
Черные рукава безнадежно тонули в толще темно-зеленого моря. Ночное небо наливалось серостью, и белые помехи с треском растекались по нему, как алые пятна из воспоминаний о лесной прогулке с Леонидом и с брошенным телом.
–Его найдут, приведут в чувства, он еще несколько дней будет отходить от потрясения, это я тебе гарантирую, – воспоминания снова обволакивали сознание, с ними куда легче пробираться, так казалось Анне.
–И что из этого следует? – девушка с пятнами на одежде не могла перевести дух.
–Сила побеждается большей силой, – вздохнул Смотринский, но затем восторженно прибавил, – а насилие побеждается встречным насилием.
–Смотри-ка, там домик милый. Кажется, никто не живет, – сказала Анна, – Кто будет на таком отшибе строить дом? Тем более и электричества нет, воды тоже.
Двое открыли дверь – замка не было. Дом выглядел совсем нежилым и слишком запущенным: деревья и кустарники проломили пол во всех комнатах. На кухне валялся мусор, который явно существовал еще до рождения Анны.
–Здесь столько всего интересного. Взгляни, какие подсвечники! Нику бы понравились. А это что такое? – девушка указала на пробитый в кухне потолок. Вместо покрытия была натянута красная, как кровь, ткань.
–Какие-нибудь отморозки сюда приходят выпить, расслабься. Сейчас никого здесь нет, – сказал Леонид и уверенно отправился в гостиную, проверяя все закоулки и захламленные места.
Дорога к дачам представлялась им практически нереальной. Добраться бы до машины, а потом решать, как именно преподнести исчезновение Кирилла, который оказался Александром.
–Ты так быстро нашла о нем информацию, я бы даже сказал, это по-настоящему долгая и кропотливая работа, – похвалил Смотринский Анн, когда они выходили из большого всеми забытого дома.
–Откопала номер его матери и нескольких аккаунты сестер, но ничего не могла им написать. Да и как бы все это звучало? Привет, мы не знакомы, но хочу вам сообщить, что ваш безумный братик сейчас рыдает в подушку за стеной. Кстати, моя тетя его приютила, он пришел буквально ил леса, весь измученный и одухотворенный благодаря поэзии, что тащилась вместе с ним по нашим непроходимым лесам.
–Так бы и написала, нет пособия под названием «Как нужно действовать, если ваша тетя приютила душевнобольного в соседней комнате». Он же ей не нравился в самом начале, почему она сдала комнату? – возмущался молодой человек.
–Страх и поклонение перед этим страхом, – вздохнула Анна, расчесывая пальцами русые волосы.
–Уже темнеет, и кажется, я знаю дорогу, – Смотринский указал на изобилие разноцветных ленточек, привязанных к стволам деревьев.