Я сделала глоток вина, осмотрев зал. Маркиз Кришно был среди гостей. Он стоял сзади толпы и выглядел подозрительно довольным. Увидев, что я пью, он начал пробираться ближе.
Внезапно я почувствовала слабость и головокружение. Стоять на ногах становилось все труднее, с каждой минутой.
Этот чертов ублюдок меня отравил?
Но ведь я только почувствовала вкус этой жизни.
Так страшно..
"Я ведь совсем не хочу умирать. Я не хочу умирать"
Последнее, что я увидела, это довольная ухмылка маркиза, бежавшего по ступенькам подхватить меня.
"Мерзавец."
Глава 9
Ничего не вижу и не чувствую. Темнота сжала меня, как рука утопленника, цепляющегося за последний глоток воздуха.
"На этот раз всё кончено?" - прошептало сознание, но вдруг тьма затрепетала, словно шелковая завеса.
Своды старинной оранжереи распустились над головой, словно гигантский цветок из стёкол и звёздной пыли. Лунный свет лился сквозь трещины, рисуя на мраморном полу узоры забытых созвездий. Аромат ночных фиалок обвил душу сладкой петлёй, а под ногами мрамор дышал холодом, словно кричал о тысячах не прожитых зим.
Она появилась беззвучно - силуэт, сотканный из тумана и воспоминаний. Её платье, когда-то алого шёлка, теперь походило на увядшие лепестки роз. Рваные рукава обнажали руки, хрупкие, как стебли подснежников, а в глазах... Боже, в её глазах светилась вся скорбь мира, смешанная с тихой надеждой.
"Это Амаранта. Настоящая. Я так много хотела бы ей сказать. О том, что происходит в ее жизни, как я исполнила ее мечту о шикарном дебюте, на котором она - звезда."
- Вот и ты, - её голос звенел, как колокольчик, разбитый о камень. - Как же я боялась этого дня...
Холодные пальцы коснулись моей щеки, но в их прикосновении сквозила нежность, словно сквозь лёд пробивался первый весенний ручей. Я хотела сказать хоть что-то, но в горле стоял ком.
- Мне жаль, что ты проходишь через это...
Видение обожгло сознание: брошь-лаванда в её ладони, рубин на бутоне, яркий, как клятва, произнесённая у алтаря.
"Он сказал, это символ нашей любви", - прозвучал эхо-шёпот, и я почувствовала, как её боль пронзает меня, словно шип.
- Я выпила яд не из отчаяния... а чтобы сохранить ту Амаранту, что верила в добро. Чтобы ты родилась из пепла моих ошибок.
Она разжала ладонь. Почерневшая брошь лежала, как засохшее сердце, но Амаранта погладила её пальцем, и на миг сквозь копоть блеснул искристый рубин. Я, наконец, смогла ответить:
- Я обязательно отомщу ему за тебя.
Девушка улыбнулась:
- Но я не хочу этого, милая, - она выдохнула и отвела взгляд. - Моя история уже закончилась, как и твоя прошлая жизнь. Я наблюдала за тобой, и жуткая несправедливость разбивала мне сердце. Теперь я не хочу, чтобы ты была продолжением меня. Ты - это ты. Исполняй свои желания. Единственное, о чем я могу просить... Мои брат и отец. Позаботься о них, пожалуйста. Теперь они твои.
- Я...
Где-то за границами этого хрупкого мира кричали голоса. Это были мольбы, обрывающиеся рыдания. Кто-то звал меня из тьмы, цепляясь за нить моего дыхания.
- Вернись к ним, тебя очень ждут - Амаранта обняла меня, и её объятие было похоже на дуновение ветра, несущего семена одуванчиков. - Живи, - прошептала она, - Смейся громче, чем я плакала. Целуй так, будто каждое прикосновение - последнее. Выбери платье не в цвет крови, а в цвет заката, что красит небо в персиковый восторг.
Она немного поникла, но решительно продолжила:
- Больше не сомневайся и живи так ярко, чтобы моя тень растаяла в твоём свете. Люби так сильно, чтобы мои раны заросли цветами.
Её силуэт начал таять, превращаясь в сияющую дымку. Даже теперь, исчезая, она пыталась улыбнуться - улыбкой матери, провожающей дитя в первый путь.
- Отомсти не ненавистью, - прошептала она, уже почти неосязаемая. - А тем, что будешь счастлива. Каждый твой смех - удар по той тюрьме, что для тебя построили. Каждая твоя радость - камень в их могилу.
Брошь рассыпалась, но вместо пепла в воздухе вспыхнули искры - золотые, как её последние слова:
- Я буду ждать. Не в подземелье страданий... а в рассветах, что ты подаришь этому миру. Когда увижу, что ты свободна - усну, наконец, под шепот твоих счастливых слёз.
"Но я не смогу так всё оставить." - подумала я, окончательно теряя ее образ из виду. И вдруг почувствовала спокойствие. Эта встреча многое прояснила. Пространство вокруг наполнилось светом. Он становился все ярче, таким ярким, что ослеплял.