Он оставался. Мы обсуждали сухие детали - маршруты, смены. Ровно пятнадцать минут. А потом, когда дело казалось исчерпанным, я как бы невзначай добавляла:
"Ах, да... Выпейте со мной вина. Один бокал. Приказ союзника."
Или:
"Попробуйте этот чай. Новый сорт, с востока. Говорят, бодрит не хуже кофе, но без дрожи в руках."
Я ставила перед ним чашку или бокал. Сначала он сидел, как изваяние. Плечи напряжены, взгляд устремлен куда-то внутрь или в стену.
Я не требовала разговоров. Беру книгу. Пишу в дневнике. Сижу. Просто сижу рядом в тишине. Тишина - это не пустота. Это пространство, которое он мог заполнить сам, если захочет. Или просто... существовать в нем без угрозы.
Иногда, очень осторожно, я бросала легкую удочку:
"Вы в детстве, сир Риан, катались на пони? Какая у вас была любимая?" (Не о войне! Никогда о войне!). Или: "Как вы думаете, этот клинок из Валлории действительно превосходит наши по балансу?"
Что-то нейтральное и безопасное. Эффект был медленным, но верным.
На пятый вечер я заметила: когда он думал, что я не смотрю, его пальцы слегка расслабились на ручке кресла.
На шестой - он сделал глоток чая до того, как я напомнила. И когда я тихо спросила о лошадях, он ответил. Коротко. Односложно. Но ответил. О том, какая у его отца была вороная кобыла. И в его голосе, обычно плоском, как точильный камень, мелькнула... теплота? Ну или просто отсутствие льда.
Так и прошли шесть дней моей тихой "операции".
Я не дворянка, жалеющая бедного рыцаря. Я всего лишь ищу способ достучаться. Подружиться, возможно. Создать условия, где он может позволить себе быть человеком, а не только оружием. Я ничего не требую взамен. Только наблюдаю.
И понемногу вижу: камень не тает. Нет. Но он... согревается. По краям. Его отказы есть становятся менее резкими, более привычными. Раздражение на "перерывы" сменилось усталой покорностью, а в последний раз - почти незаметным вздохом облегчения, когда он садился в тень.
Вечерняя скованность длится не весь час. Иногда его взгляд теряет боевую фокусировку и просто... отдыхает. А тот персик, который он вчера взял с моей тарелки после моего "ах, не могу больше!"... Это была почти победа.
Он все еще спит урывками. Кошмары все еще приходят. Но шесть дней - это островок. Чай. Вино. Тишина. Моё ненавязчивое присутствие.
Я создаю якоря. Островки покоя в его бурном море. И каменный рыцарь, пусть нехотя, пусть, не понимая до конца, начинает к ним причаливать. Пока только на пять минут. На глоток воды. На тихий вечерний час.
Но это начало. И для меня, видящей эти микроскопические сдвиги, это значит все.
Глава 13
Прошла неделя. Целых семь дней тишины от маркиза. Это либо очень хорошо, либо... чертовски плохо. Как та зловещая пауза перед ударом грома.
Но я не собиралась ждать, сложа руки. Пока гадюка копит яд, можно откусить ей голову. В буквальном смысле. Ну, или финансово обезглавить. Это тоже сойдет.
Именно поэтому, я сейчас стою под мраморными сводами герцогства Паул, пытаясь не выглядеть как шпионка, ожидающая сигнала.
Хотя, кто я сейчас, как не шпион? Рэйнар Паул - второй человек в Империи после отца (и короля, конечно). Его резиденция - крепость. Попасть сюда днем с огнем... если б не тот самый "огонь" в лице кронпринца.
- Вы ведь что-то задумали, - Люсьен материализовался как призрак, заставив меня вздрогнуть. Его улыбка была слишком знающей. - Сами назначаете встречу в логове Паула? Неспроста.
"Черт, он читает меня как открытую книгу по ядам! Но играть надо до конца."
- Пусть это останется моим маленьким секретом... пока, - парировала я, делая вид, что поправляю перчатку. - Скажите лучше, можем ли мы без лишних глаз пробраться на балкон Зала Лун? И, побыстрее? До восьми осталось мало.
Люсьен лишь кивнул, его глаза сузились с любопытством, но он молча повел меня через лабиринт потайных коридоров. Мы скользили как тени, и я ловила себя на мысли:
"Черт возьми, он хорош в этом. Слишком хорош. Надо бы выяснить, почему будущий король знает все черные ходы..."
Зал Лун. Название романтичное, а атмосфера - ледяная.
Внизу, за тяжелым столом из черного дерева, сидели сам король, Рэйнар Паул и пятеро послов. Лица каменные, голоса - шепот стали по камню. Переговоры о чем-то смертельно важном. Секретных. Тайных.
"Идеально. "
Я прилипла к балюстраде балкона, как моль к свету. Точнее, не к балюстраде, а к часам в руках Люсьена.
Тик-так. Тик-так.