Я опустилась на стул, спину держала прямой, словно это моя шпага.
- Виконт Черрис. Вы потратили столько усилий, чтобы организовать эту... встречу. Полагаю, у вас есть цель. Озвучите её?
Черрис усмехнулся, коротко и сухо, будто чиркнул спичкой. Его взгляд скользнул по моему лицу с насмешливым снисхождением:
- Какое расчетливое отношение для юной леди. Не ожидал. Что ж, раз так, буду откровенен. Твои детские игры утомительны.
Он откинулся на спинку стула, приняв позу лектора перед нерадивой ученицей.
- Тот жалкий маркиз, на которого ты так яростно набросилась, - всего лишь ширма. Публичное лицо. Я стою за этим делом больше десяти лет. Я вкладываю в него деньги, я его создал. И я не позволю какой-то букашке, вдохновлённой рыцарскими романами, ломать то, на что ушли годы. Даже наш просвещённый король, - он многозначительно сделал паузу, давая понять весь вес этого намёка, - предпочёл не видеть некоторых деталей. Куда уж тебе, несмышлёной девочке, тягаться с настоящими игроками?
Я чувствовала, как под столом сжимаются кулаки. В уме уже трижды свернула этому высокомерному старику шею и не почувствовала ни капли сожаления. Но внешне лишь легкая дрожь в кончиках пальцев могла выдать меня.
- Я знаю, чем пахнет ваша "империя", виконт. Я знаю о горе, которое вы сеете, продавая надежду в красивых склянках, что губят людей. И я не намерена отступать.
Черрис снова рассмеялся, на этот раз громче, и звук этот был противен, как скрежет железа по стеклу.
- Великая Амаранта Вальтер! Ты разоблачила меня.
Старик вдруг стал серьезнее.
- Обиженная женщина, что решила мстить миру. Пафосно. Слушай, дитя, ты не будешь играть со мной в эти игры. - Он лениво кивнул в сторону входа.
Раздался глухой щелчок тяжёлого засова. Два огромных охранника, до этого неподвижных, как грифоны у входа, заняли позиции перед дверью, перекрывая единственный выход. Их взгляды были устремлены в пустоту.
- Ты, видно, ещё не поняла положения дел, - голос Черриса внезапно потерял и тень насмешки. Он стал плоским, холодным и абсолютно бесчеловечным. - Ты - мушка. Я - наковальня. Я могу раздавить тебя здесь и сейчас, и никто, слышишь, никто даже не вспомнит твоего имени. Твоё тело найдут в канаве на окраине города, если найдут вообще. И это не угроза, девочка. Это констатация факта.
Я перевела взгляд на Риана. Он стоял вполоборота, рука уже лежала на эфесе шпаги, всё его тело было пружиной, готовой разжаться.
В его глазах не увидела ни страха, ни упрёка. Только готовность. Он едва заметно кивнул, будто говоря: "Продолжайте. Я с вами".
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как воздух наполняет меня решимостью, холодной и отточенной, как лезвие.
- Я поняла положение дел сразу, граф. Ваше письмо-приглашение было вполне доходчивым. Но шантажом меня не взять.
Пальцы Черриса, игравшие с ножкой бокала, сжали её так, что костяшки побелели. Лёгкая улыбка-усмешка окончательно испарилась с его губ.
- Тогда чего ты хочешь, чтобы просто взять свои игрушки и навсегда исчезнуть? Только, молю тебя, пощади мои уши и не говори о всеобщем благе и добре. Это так забавно звучит из уст аристократки.
Я медленно наклонилась вперед, упершись руками в холодную столешницу. Глаза мои сузились, и в них вспыхнул тот самый огонь, который так тщательно скрывался до этого момента.
- Я не намерена играть в благотворителя и спасать всех подряд. Не обольщайтесь. Моя цель - маркиз Кришно и его шестерки. А вы, граф, - лишь одна из его пешек, хоть и самая жирная. И раз уж вы сами признали, что это ваша империя...
Правда не успела договорить.
Сметение, которого я ждала, пришло. Но не в виде страха, а в виде ярости. Высокомерное спокойствие сорвалось с Черриса, как маска. Он не закричал.
Нет.
Резко, с силой, вложенной в него годами безнаказанной власти, ударил ладонью по столу. Грохот был оглушительным в мёртвой тишине зала. Стеклянные бокалы подпрыгнули и зазвенели, а серебряные приборы сорвались с места.
На его лице больше не было снисхождения. Только чистая, неподдельная злоба человека, которого впервые за долгие годы посмели назвать пешкой.
Один этот его стук по столу - и тихий гул ресторана оборвался. Одновременно. Как по команде. Стулья заскрежетали. Сотни глаз повернулись к нам. Пустых. Холодных. Мертвых. Не гости. Солдаты. Тюремщики. Палачи в дорогих костюмах. Воздух сгустился, стал липким и тяжелым.
"Вот тебе и нейтральная территория. Ловушка. Как глупо."
- Риан! - мой крик был сдавленным, полным ужаса.
Риан превратился в вихрь. Он метнулся вперед, сбивая первого подбежавшего негодяя ударом локтя, выхватывая нож из-под фрака. Звон стали. Крики. Грохот падающей мебели. Он сражался как загнанный зверь, яростно, отчаянно, но их было слишком много. Море чужих, злобных лиц сжималось вокруг нас.