Риан выпрямился. Его руки соскользнули со спинки стула.
- Информация, - сказал он просто. - Нужны рычаги. То, что заставит маркиза усомниться в преданности своей "поддержки". Или наоборот.
Без лишних слов, без прощаний, он развернулся и направился прочь из беседки, его фигура растворялась в тени аллеи. Человек действия. Моя тень, спешащая на разведку. Он почти скрылся из виду, когда навстречу ему из-за кустов роз выплыла величественная фигура в шелках и кружевах.
Графиня Морэт, мать Аделирая и Виктории. Она преградила Риану путь, положив изящную руку ему на рукав. Мы не слышали слов, но видели, как Риан остановился, склонив голову в почтительном, но не раболепном поклоне.
Женщина что-то говорила ему, ее лицо было серьезным, взгляд - оценивающим. Потом она кивнула в сторону беседки, а конкретнее - Виктории, и что-то добавила.
Риан снова кивнул, его ответ был краток. Графиня отпустила его руку, и он продолжил путь, а она направилась к нам, лицо ее сменилось на светскую любезность, но в глазах оставался острый, всевидящий блеск.
- Дети, вы тут все так серьезны, - ее голос, бархатный и властный, нарушил тишину. - После вчерашнего ужаса вам нужен покой, а не новые тревоги. Виктория, солнышко, ты выглядишь бледной. Амаранта, дорогая, ты вся дрожишь. Аделирай, разве это гостеприимство? Надо было настоять, чтобы гости отдохнули.
Мы переглянулись.
Напряжение спало, сменившись странным чувством единства.
Совершенно разные: принц, графиня, хрупкая аристократка, и я - девушка, вырванная из огня. Но вчерашний пожар, общая угроза, общее желание остановить зло - все это сплело между нами невидимые нити. Мы еще не друзья, но уже союзники.
И глядя на озабоченное лицо графини, на попытку Люсьена улыбнуться Виктории, на спокойную уверенность Аделирая, я поняла: мы не одни.
И это придавало сил.
Даже когда тень Кришно казалась бесконечной.
Глава 21
Графиня снова обвела нас взглядом, и в ее глазах светилась смесь материнской заботы и легкой, почти снисходительной иронии.
- Ну и заговорщики собрались, - произнесла женщина, плавно подходя к столу. Ее взгляд задержался на Виктории, и в нем мелькнуло нежное изумление. - Моя малышка, мой хрустальный колокольчик, посреди всего этого... политического болота и кровавых разборок? Кто бы мог подумать!
Затем она протянула руку и нежно поправила прядь золотистых волос дочери, соскользнувшую на щеку:
- Хотя, кто же еще мог втянуть тебя в такие дебри?
Ее глаза, острые как иголки, скользнули на Люсьена. Принц мгновенно выпрямился, приняв вид образцово-показательного ученика, но легкий румянец выдавал его.
- Ваше Высочество, вы, кажется, плохое влияние оказываете на мою невинную дочь. Соблазняете ее опасными идеями справедливости?
Люсьен открыл рот, чтобы что-то возразить, но графиня уже махнула рукой, словно отмахиваясь от комара. Ее выражение стало серьезнее.
- Шутки в сторону, дети. Вы играете с огнем, гораздо более опасным, чем вчерашний. Маркиз Кришно - змея, у которой сотни голов. Отрубите одну - вырастет две. И укусит он из самой неожиданной тени.
Она обвела взглядом каждого из нас, и в ее глазах не было и тени легкомыслия:
- Будьте осторожны. Очень осторожны. И не доверяйте никому. Особенно тем, кто слишком быстро меняет сторону.
Ее взгляд, как лезвие, остановился на Рише, стоявшей чуть поодаль, бледной и напряженной. Она приехала сюда по приказу герцога Вальтера. Девушка съежилась под этим оценивающим взглядом.
- Ваша светлость, я ... - начала Риша, но голос ее дрогнул.
- Верно шпионила для маркиза, правда? - графиня говорила мягко, но каждое слово било точно в цель. - А потом... бац! И уже метнулась под знамена нашей юной герцогини. Уж очень это... стремительно. Уж очень подозрительно. Не находите?
Воздух в беседке снова наэлектризовался. Риша побледнела еще больше, губы ее задрожали. Я видела в ее глазах чистый ужас и понимала - графиня попала в самую больную точку. До этого момента все стояли перед владетельной графиней как по струнке, даже Люсьен.
Но тут вперед шагнул Аделирай.
- Матушка, - его голос был спокойным, но твердым, как скала. - У девушки не было выбора. Ни тогда, когда она служила Кришно под страхом смерти, ни теперь. Речь шла о жизни ее родного человека. Она рискнула всем, чтобы предупредить нас о пожаре. Без ее информации... последствия были бы куда страшнее, - он посмотрел прямо на мать. - Доверие нужно заслужить, и она это обязательно сделает.