Это было жалко - я сомневаюсь, что сдвинула бы его на сантиметр, если бы он сопротивлялся. Но он не ожидал. Совсем.
Август потерял равновесие, споткнулся об край ковра и рухнул сидя на край кровати, пружины громко заскрипели под его весом. Его глаза, широко раскрытые от чистого, неподдельного шока, уставились на меня. В них читалось: "Она сошла с ума?"
Не давая ему опомниться, не давая себе передумать, я наклонилась. Оперлась руками на матрас по обе стороны от его бедер, заперла его в клетке из своих рук.
Все смешалось в единый, огненный коктейль.
Я увидела, как его взгляд метнулся к моим губам, как его собственные губы чуть приоткрылись на вдохе.
И я поцеловала его.
Не нежно. Не осторожно. А жадно, властно, отчаянно. Как тонущая хватается за соломинку. Как человек, отказывающийся ждать милости от судьбы. Мой поцелуй был признанием, вызовом, мольбой и захватом территории - все в одном.
Его губы были теплыми, чуть шероховатыми, и на миг они остались неподвижными под моими, ошеломленные.
Потом что-то щелкнуло. Я почувствовала, как все его тело вздрогнуло, как напряглись мышцы под моими ладонями. Но не чтобы оттолкнуть. Чтобы ответить.
Глухой стон сорвался у него с губ, когда он начал отвечать на поцелуй, еще неуверенно, еще в шоке, но уже с нарастающей волной ответного желания. Его руки поднялись, чтобы обхватить мои плечи, пальцы впились в ткань платья.
Я оторвалась первой, едва. Дыхание сбилось. Я смотрела ему прямо в глаза, где отражались мои – безумные, всего в сантиметре от его. Его взгляд был темным, глубоким, полным бури - шока, вопроса, и наконец-то - безудержного, дикого признания того, что он так долго сдерживал.
- Никогда не любила ждать, знаешь ли, - прошептала я. В голосе звучала и дерзость, и вызов, и тень извинения за свою наглость.
Он не ответил словами. Ответ был в его руках, которые резко сомкнулись на моей талии. Ответ был в его взгляде, который потерял всякую осторожность, всякую мысль о правилах и "не сейчас".
Ответ был в том, как он потянул меня к себе с силой, о которой я и не подозревала, скинув с ног равновесие. Я рухнула на него, на его твердые бедра, грудь к груди. И его губы нашли мои снова. Уже не в ответ. А в захвате.
Этот поцелуй был другим. Не моей отчаянной атакой, а его капитуляцией и наступлением одновременно. Глубоким, властным, лишенным всяких сдерживающих факторов.
Его руки скользили по моей спине, прижимая так близко, что между нами не оставалось места даже для воздуха.
Где-то на краю сознания, в той его части, что еще не утонула в этом вихре, мелькнула мысль:
"Безрассудно. Совершенно не достойно дворянки. Благо…"
Его рука впилась мне в волосы, откинув голову, чтобы глубже поцеловать шею под ухом, и последняя трезвая мысль рассыпалась в прах.
"…благо я и не дворянка."
И в этом не было ни капли сожаления. Только падение в свободное, долгожданное пламя.
Глава 27
Утро началось с приятного визита в наше имение. Аделирай, Люсьен и Виктория приехали к нам на завтрак, чтобы позже всем вместе отправиться на маскарад.
С ними приехала и сестренка Риши - милая Сиера. Маленькая девочка, лет шести, как две капли воды похожая на мою служанку. Тиан был с нами, его состояние все еще пугало. Но мальчик пытался выдавить улыбку.
В гостиной было на удивление тепло, хотя камин только разожгли. Я сидела в кресле с высокой спинкой, наблюдая, как языки пламени лижут сухие поленья, но тепло шло не от них. Оно исходило от людей, наполнивших комнату живым, немного хаотичным уютом.
Август стоял за спиной, положив ладонь на спинку моего кресла. Он не касался плеч, но я физически ощущала это кольцо заботы, которым он меня окружил.
Каждый раз, когда моё дыхание становилось слишком глубоким, когда я слишком пристально смотрела в огонь, его пальцы едва заметно сжимались на деревянной резьбе, словно он посылал безмолвный сигнал: "Я здесь. Ты не одна".
Он знает. Я уверена, он что-то узнал, но молчит. И эта его тишина ощущается не предательством, а доспехами, которые он надевает на меня, пока я ещё не знаю, куда вскоре полетят стрелы. И мне думать страшно, к чему он готовит меня этой мягкой, почти неуловимой опекой.
В центре комнаты, на пушистом ковре, расположился Тиан. Он был бледнее обычного, под глазами залегли тени, но сейчас он улыбался. Рядом с ним, смешно надувая щёки, сидела Сиера - чудо с большими голубыми глазами, полными восторга. Она строила башню из деревянных кубиков, а братик серьёзно подавал ей детали.
- Нет же, этот слишком большой, упадёт, - терпеливо объяснял он, и я в который раз поражалась тому, как брат, сам уставший и больной на вид, находит силы на нежность к этой малышке.