Графиня всмотрелась в мое лицо. Долго. Пристально. И чуть заметно кивнула, но в этом кивке мне почудилась не столько вера, сколько... уважение к моему упрямству.
- Хорошо, - сказала она тихо. - Поужинаем все вместе сегодня. Как одна семья?
Я кивнула, сглатывая ком в горле.
Ужин накрыли в малой столовой - та, что поменьше, где за длинным столом могло поместиться человек двенадцать. Теперь, когда слуг почти не осталось, даже эта комната казалась слишком просторной.
Все собрались.
Графиня во главе стола, по правую руку от меня. Аделирай и Виктория рядом друг с другом - такие похожие и такие разные. Люсьен, бледный, с темными кругами под глазами, занял место напротив Аделирая. Август, как всегда, за моей спиной, но я жестом указала ему на стул слева от меня - сегодня он не страж, сегодня он мой самый близкий союзник.
Фонэт стоял у дверей, готовый в любой момент покинуть нас, но я попросила его остаться. Его присутствие успокаивало.
- А где вся прислуга? - удивилась Виктория, оглядывая пустые углы комнаты, где обычно маячили фигуры лакеев. - Я понимаю, вечер, но, чтобы ни одного человека...
Аделирай тоже нахмурился, скользнув взглядом по столу, который сервировала лично старая кухарка - других рук просто не хватило бы.
- Амаранта, - начал он осторожно. - Что происходит? Почему ты всех отослала?
Люсьен поднял голову, в его глазах мелькнуло понимание, но он молчал, давая мне слово. Я открыла рот, но Рюзгар опередил меня. Его низкий, чуть простуженный голос разнесся под сводами столовой с той уверенностью, какой мог обладать только человек, знающий здесь все ходы и выходы:
- Милорды, миледи, позвольте объяснить. Госпожа Амаранта приняла единственно верное решение в сложившихся обстоятельствах.
Он сделал паузу, обводя всех тяжелым, но добрым взглядом.
- Времена нынче такие, когда уверенности нет ни в ком. Слуги - они как вода: сегодня здесь, завтра там. Уши везде, языки длинные. А после того, что случилось с маркизом Кришно, - он поморщился, словно это имя жгло ему рот, - осторожность не повредит. Лучше десять проверенных людей за спиной, чем сотня, в ком сомневаешься.
- Мудро, - кивнула графиня, и в ее голосе послышалось одобрение. - Очень мудро.
Я мельком взглянула на Рюзгара. Он говорил правильно, убедительно, но что-то в его словах... Слишком гладко. Слишком точно он знал, что именно мне нужно сказать.
Постаралась отогнать подозрения. Не время. Сейчас главное - ужин и информация.
- Розетта сейчас под крылом моей сестры, - вдруг произнес Люсьен, глядя в свою тарелку. Голос его звучал глухо, с нотками стыда, которые он даже не пытался скрыть. - Лорен постарался на славу. История с внебрачным сыном теперь прилипла к ней намертво. Пенелопа, конечно, сделала вид, что приютила бедняжку, но... Он сжал кулаки, и я увидела, как побелели костяшки. - Но это не просто милосердие. Она верит, что Амаранта виновата в пожаре и смерти Кришно. Она будет мстить. Я знаю сестру.
- Пенелопа всегда была такой, - неожиданно добавил Аделирай. В его тоне сквозила усталая насмешка человека, который знает эту тему с детства. - С детства ни капли не поменялась. Если хочет какую игрушку - борется, пока не получит. А если игрушку отнимают или она ломается - винит первого, кто под руку попадется.
Виктория, добрая, мягкая Виктория, обычно молчаливая в таких разговорах, вдруг подняла глаза:
- Я видела ее сегодня. Во дворце, на приеме. Она... выглядела обезумевшей от горя. - Девушка поежилась, словно воспоминание до сих пор вызывало дрожь. - И знаете, кому, если не нам, понимать, как опасна она в подобных ситуациях...
Она повернулась и посмотрела прямо на Августа. Повисла тишина. Он сидел неподвижно, но боковым зрением я увидела, как его рука под столом сжалась в кулак.
"Да что такого ты пережил, будучи у нее во служении?" - пронеслось у меня в голове.
- Я сам решу вопрос с сестрой, - резко оборвал Люсьен, и его голос хлестнул по тишине как плеть. - Просто будьте с ней осторожнее. Все.
Тема была закрыта. Но осадок остался. И этот взгляд Виктории, обращенный к моему рыцарю... и его реакция...
Я перевела дыхание.
Слишком много вопросов. Слишком много теней.
Но сейчас не время копаться в чужих секретах. Я оглядела стол.
Графиня, мудрая, сильная, готовая идти со мной до конца. Аделирай - смешливый и верный. Виктория - мягкая, но с внутренним стержнем. Люсьен - разрывающийся между долгом и чувствами, но выбравший нас. Август - молчаливая скала, готовая прикрыть от любой бури.