Старый ишан долго молчал, затем поднял взгляд потемневших глаз на Стэнфорда:
– В Тафсир Джалалайн, комментарии к Корану, рассматривается в ряду прочих и этот вопрос. Ответ нашего великого богослова Суйути таков: бойся ошибиться, считая себя орудием в руке Аллаха. Ты можешь оказаться орудием в руке кого-то, – старик некоторое время молчал и совсем тихо закончил: – совсем другого…
– Святой Иероним, наш великий богослов, переведший Библию с греческого языка на латынь, писал примерно то же самое, – задумчиво произнёс Ричард. – И нет способа проверить источник… особых сил?
– Отчего же, есть. Если то, что делает человек, идёт на пользу другим людям и согласуется с законами нравственности, то источник чист.
– Если бы ещё другие люди знали, что идёт им на пользу! – вздохнул Дик. – Мораль? Но разве мораль – от Бога? Мне всегда казалось, что это чисто человеческое изобретение.
– Не могу согласиться с вами, – твёрдо произнёс Юнускори Махмудов. – Я уверен: все попытки построить непротиворечивую этику «для всех» без опоры на высшие, чем человек, силы есть наивное и опасное упростительство. Во главу угла люди начинают ставить голый прагматизм, нравственность рассматривается с позиций «выгодно – невыгодно». Нет ничего опасней.
Ричард Стэнфорд не стал спорить. Он просто остался при своём мнении.
Разговор постепенно перешёл в практическую плоскость. Выяснилось, что – да! – в библиотеке Регистана и здесь, в библиотеке медресе Святого Юсуфа, есть несколько неизвестных на Западе рукописей великого Улугбека, посвящённых алхимии. Есть и список с фрагментов малоизвестного лечебного руководства, составленного самим Ибн Синой. Нет, конечно, и речи быть не может о том, чтобы продать эти бесценные реликвии. Но выход есть. Для Ричарда будут изготовлены точные копии манускриптов. Это дорого, но вполне реально. Переписчики из числа слушателей медресе управятся с делом приблизительно за месяц, так что на обратном пути из Индии мистер Стэнфорд сможет получить копии. Мало того, за особую плату тексты можно будет перевести с арабского на фарси-дари.
Перед тем как распрощаться с Махмудовым, Ричард задал ему ещё один вопрос.
– Вам наверняка приходилось слышать о Горном Старце, уважаемый молла Юнускори. Что вы думаете об этом человеке и о его практике воздействия на единоверцев? Ваше мнение совпадает с официальной точкой зрения мусульманского богословия?
– А нет никакой официальной точки зрения, – недовольно возразил Махмудов. – Принято считать, что Горный Старец – легенда. Ещё бы! Никто точно не знал, где располагалась его обитель. Неизвестно, откуда он набирал своих мюридов. Ему приписывают невероятные свойства: Старец якобы прожил более трёхсот лет. Мог летать, словно птица. Мог становиться невидимым, проходить сквозь огонь и сквозь стены. Мог переговариваться со своими слугами на любых расстояниях…
«Ничего себе легенда! – подумал Ричард. – То-то Изабелла Кастильская и Фердинанд Арагонский даже в конце пятнадцатого века боялись этой легенды до судорог! Но я понимаю, почему мусульманские иерархи не хотят признавать, что этот человек и его страшноватая секта реально существовали. Современные католики тоже открещиваются от некоторых деяний святой инквизиции и ордена иезуитов. Времена и нравы смягчились, и вспоминать то, что творили во славу церкви святые братья, становится несколько неприличным. То же и в исламе. Не было ничего такого. Легенда, а с легенды взятки гладки».
…В середине восьмого века арабы завоевали почти весь Пиренейский полуостров. Период их изгнания, известный под названием Реконкисты, продолжался более семисот лет! И вот на последнем этапе реконкисты, когда стало ясно, что мусульманам не удержать Испании, возникла таинственная, строжайше засекреченная организация исламских фанатиков, которую возглавил загадочный Горный Старец. Его истинного имени никто не знал, никто, даже халифы, не знал и того, где именно расположена резиденция Горного Старца. Где-то в районе Эль-Рияда. Или Дамаска…
Мюриды Горного Старца стали, пожалуй, первыми профессиональными террористами в человеческой истории. Их называли ассасинами – убийцами. Понятно, что глава этой зловещей организации не был бессмертен, Горные Старцы меняли друг друга. Но власть их была огромна! Те, кто объявлялся Горным Старцем врагами ислама, умирали. Порой весьма причудливым образом… Среди них бывали короли и королевы, знатные гранды и простолюдины, католические епископы и даже один из Пап. Умирали и мусульмане, чем-то, по мнению Старца, изменившие делу Пророка, например, алжирский бей Али Ибн Хараздулла Горбатый. Спастись от смерти удавалось очень немногим!