Получив солидное вознаграждение, лондонские невропатологи покинули Стэнфорд-холл. Дальнейшее наблюдение за состоянием здоровья Питера Стэнфорда решил, по договорённости с Ричардом, взять на себя мистер Хогарт.
Самое главное: на Ричарда не упало даже тени подозрения. Мистеру Генри Лайонеллу о случившемся с Питером несчастье сообщать пока что не стали.
За всё время, прошедшее с трагического ноябрьского воскресенья, братья Стэнфорды обменялись разве что десятком фраз. Не прошло и двух дней после консилиума, и Питера вновь неудержимо потянуло к спиртному. Ричард ожидал этого, он знал, что так и случится: Питеру, тем более в состоянии чёрного отчаяния, не хватит сил отказаться от виски. Неожиданно ослепнув, Питер вообще почти постоянно находился на грани истерики, и лишь алкоголь на время давал ему желанную возможность забыться.
Что ж! Такое поведение брата вполне соответствовало планам Ричарда. Слуги получили от Дика категорический приказ: не приносить Питеру бутылки из кладовой, вежливо, но твёрдо отказывать ему. Он пытался скандалить, но это не помогало, камердинер Джон и остальные слуги прекрасно поняли, что старший Стэнфорд является лишь номинальным хозяином, в действительности же реальная власть в поместье принадлежит младшему брату. Случилось то, на что и рассчитывал Ричард: Питер стал сам потихоньку, на ощупь прокрадываться, спотыкаясь на каждом шагу, в кладовую, чтобы добыть вожделенную полукварту «Катти Сарк» или пинту можжевелового джина.
Ричард выжидал до воскресенья. Так что возмездие настигло Питера Стэнфорда ровно через две недели после того, как в результате его действий трое человек покинули этот мир.
Накануне, в субботу вечером, Ричард улучил момент, когда одурманенный очередной порцией виски Питер провалился в беспробудный сон. Ричард тихо вошёл в комнату брата и осторожно, чтобы не разбудить того, осмотрел запасы спиртного в шкафчике рядом с кроватью. Так! Половина бутылки «Катти Сарк» и ещё одна, полная бутылка. Эту полную бутылку Ричард унёс, теперь Питер, допив поздним вечером то, что осталось, вновь на всю ночь опрокинется в беспамятство. Но вот рано утром, когда ему неудержимо захочется опохмелиться, брат будет вынужден отправиться в кладовую. И это станет его последней прогулкой. Главное, чтобы в коридоре и на лесенке, спускающейся к кухне, не оказалось слуг. Но Питер непременно постарается подгадать время так, чтобы ни с кем не встретиться. Он ведь пребывает в наивной уверенности закоренелого алкоголика, что его походы за спиртным остаются скрыты от всех!
Вот и превосходно.
В эту ночь Дик практически не спал, снова и снова обдумывая то, что собирался совершить. Что творилось в его душе? Испытывал ли он ужас перед задуманным или хотя бы сомнения в своей правоте? Ведь он замыслил не что-нибудь, а братоубийство. Да! Сомнения были. Но к утру они рассеялись, и Ричард ощутил мрачную решимость довести свой замысел до конца.
Ожидания Ричарда оправдались в полной мере.
Ещё не успело рассвести, как Дик, специально оставивший дверь своей комнаты приоткрытой, услышал шаркающие шаги и сдавленные ругательства Питера в коридоре первого этажа.
Ричард быстро и бесшумно спустился, завернул в отнорок коридора, ведущий к лесенке. Вот то место, которое он присмотрел. Ричард внимательно осмотрелся по сторонам, чутко прислушался. Никого! Полутёмный коридор пуст, пуста лесенка, ведущая вниз, к расположенной в полуподвале кухне, сама кухня тоже пуста. В этот ранний час слуги Стэнфорд-холла ещё не проснулись, никто не сможет помешать ему.
Мышцы Ричарда напряглись, дыхание участилось, ладони вспотели. Шаги Питера слышались всё ближе. Вот из-за поворота коридора показалась полусогнутая фигура брата. Питер едва ковылял, с трудом переставляя непослушные ноги, придерживаясь обеими руками за стену. Он мрачно кряхтел и глухо бормотал себе под нос какие-то ругательства пополам с жалобами на злую судьбу. От Питера исходил густой запах алкогольного перегара и застарелого нездорового пота. Ричард вдруг ощутил чувство острого отвращения, точно перед ним оказался не человек, а непонятное и омерзительное насекомое, что-то вроде паука или таракана в человеческий рост. И это опустившееся существо – его брат?!
Это чувство, волной накатившее на Ричарда, смыло последние сомнения и колебания. Ричард решительно шагнул вперёд, навстречу Питеру, которому уже оставалось лишь два шага до первых ступенек довольно крутой лесенки с литыми чугунными перильцами.